— Не волнуйтесь. Ваши тела будут ощущаться по-другому, и потребуется какое-то время, чтобы вы к этому привыкли, — сказал я им. Я предположил это, исходя из того, через что прошла Пенни, когда связала себя со мной узами.
— Я чувствую себя иначе, — сказал Харолд.
— Ты изменился. Ты сильнее, чем раньше, а также, возможно, ещё и быстрее. У тебя также есть дополнительные резервы энергии, так что ты не будешь быстро уставать. При необходимости ты сможешь черпать мощь в самой земле, чтобы стать ещё сильнее, но делать это неблагоразумно. Чем больше используешь, сверх того, что у тебя есть сейчас, тем быстрее будешь обращаться, — ответил я.
— Обращаться? — спросил я.
— В камень, — ответил я. — Силу, которая у тебя есть сейчас, ты можешь использовать без опаски по крайней мере сколько-то десятилетий. В конце концов ты станешь замечать перемены — когда это случится, тебе придёт время уйти в на покой, и расстаться со своей дополнительной силой. Тогда я помогу тебе разомкнуть узы.
Дориан широко улыбнулся:
— Так мы теперь такие, какой была Пенни? — произнёс он, медленно сжимая и разжимая кулак. Я почти мог видеть, как он пытается решить, на чём в первую очередь опробовать свою новую силу.
— Не совсем, — сказал я. — Во-первых, вы не связаны напрямую со мной — это означает, что если кто-то из нас умрёт, то это не станет смертным приговором для остальных. Вы связаны с землёй. Сила, которую вы получаете от неё, будет, наверное, похожа на ту, что Пенни получала от меня, но я думаю, что будут и различия. Одно из главных заключается в том, что черпая дополнительные силы слишком часто, вы рискуете сами начать превращаться в камень.
— А это звучит не так плохо, — ответил Дориан. — Каменный воин будет почти неуязвим.
— Каменного человека не волнует то, что ты любишь. И он не может заводить детей, — прямо заявил я.
Лицо Дориана застыло, пока он обдумывал это. Я почти мог видеть тот самый момент, когда в его мысли вошла Роуз, потому что его щёки покрылись румянцем.
Харолд тоже это заметил:
— Возможно, будет лучше позаботиться про «заведение детей» пораньше, а не попозже, Сэр Дориан, просто для верности.
Это был первый встреченный мною признак наличия у Харолда чувства юмора. Я определённо это одобрил.
— Следи за манерами… «брат», — зло огрызнулся на молодого человека Дориан.
Втроём мы пошли прочь из часовни.
— Роуз действительно сказала что-то про встречу с её отцом. Интересно, к чему это, — задумался я вслух. Дориан бросил в меня взгляд, предупреждавший дальше не развивать эту мысль, потому на этом я и остановился. Я решил, что на один день ему стресса достаточно. Выйдя из дверей, мы встретили Пенни и Джо МакДэниела, ждавших нас снаружи.
— Ваша «тайная» церемония закончилась? — спросила она.
Дориан уже искал, чем бы отвлечься, поэтому он сердечно хлопнул Харолда по спине:
— Познакомься с нашим новоиспечённым рыцарем! — воскликнул он. К сожалению, он не рассчитал силы, и Харолда швырнуло лицом в противоположную стену коридора. Если бы Пенни была в футе или в двух правее, то её бы сбило на землю.
— Я думаю, вам двоим следует какое-то время быть осторожнее, пока не привыкнете, — сказала Пенни. Я увидел, как взгляд её печальных глаз на секунду метнулся ко мне. Она никогда не жаловалась, но я знал, что ей всё ещё не хватало уз, которые были между нами в бытность её моей Анас'Меридум. — Идёмте завтракать, — продолжила она весёлым тоном.
Когда мы вошли в обеденный зал, послышались радостные крики, отражавшиеся эхом от стен. Пенни шагнула назад, и подняла руки вместе с толпой — и тогда я понял, что она, наверное, это и организовала.
— Тройное «ура» для Сэра Харолда! — закричала она, и люди отозвались. Они трижды прокричали «ура», и каждый раз лицо бедного Харолда всё больше краснело от смущения.
Дориан улыбался за двоих. Мой друг был совсем не робким… покуда внимание было приковано к кому-то другому. Скоро он повёл нашего нового рыцаря через толпу, чтобы все могли хлопнуть его по спине, пока он пробирался к высокому столу. Пока они шли, я новым взглядом следил за Пенни. Она никогда не уставала меня удивлять. Я вообще не подозревал, что она организовывала такое празднование.
Теперь, когда она это сделала, мне стало очевидно, что кто-то должен был этим заниматься, но до того мне это и в голову не приходило. Я снова оказался признательным ей за то, что она согласилась выйти за меня. Вид того, как люди откликаются на её энтузиазм, радовал меня ещё больше. Если что-то когда-нибудь случится со мной, то я не волновался о том, что они будут следовать за ней вместо меня — она уже пленила их сердца.
Она оглянулась на ходу, с улыбкой поймав мой взгляд. Её тело раздувалось в пояснице, и в более интересных местах, однако выражение её лица по-прежнему содержало в себе искру той девушки, которую я всегда любил. Тут что-то в моём лице, наверное, поведало ей о моих мыслях, потому что она отклонилась назад, и сладко меня поцеловала.
— Ты выглядишь счастливым, — сказала она, шепча мне прямо на ухо — по-другому было нельзя, поскольку в помещении было слишком шумно.
