Он заметил, что вокруг них образовалось как-то слишком много булгарской гриди. И построились так, что уйти не получится. Во всяком случае, без боя. Дёрруд наверняка тоже это заметил. Но виду не подал. Нурманы как стояли за спиной Сергея, так и продолжали стоять. За оружие не брались. Булгары, впрочем, тоже.
— Почему ты пришел? — спросил болярин. — Кто я тебе?
— Мне — никто, — спокойно ответил Сергей. — Брату моему Машегу ты родич.
— А почему тогда здесь ты, а не он?
— Так праздник у нас, — Сергей изобразил удивление. — Пьян бар Захариах. Сам знаешь, любит он вина перебрать.
Альчику возразить было нечего. Но отпускать Сергея он, кажется, не собирался. Булгарская гридь вокруг — плотным кольцом. Ну-ну.
— Я ответил, — Сергей усмехнулся. — Теперь моя очередь спрашивать.
— Ну попробуй, — осклабился болярин. И отступил на полшага, оказавшись вровень со своими бойцами. По виду он сам — серьезный боец, но подстраховался. Скорее всего, опасается он не Сергея, а его нурманов.
— Ты не веришь в Христа?
Удивил.
— С чего ты взял?
— Так только что поклялся спасением души, — напомнил Сергей. — Но я вижу, что ты собрался бежать. И другой на то причины, кроме подлого убийства Олега я не вижу. Ты боишься, русь придет за тобой. Но я смогу защитить тебя. Великий князь — мой родич. Поклянись спасением души, что ничего не знал об убийце. И что сделано сие было не по воле твоего господина — и я встану между тобой и местью Олега!
— Не встанешь. А я не стану клясться, — с легким презрением уронил Альчик. — Твоя русь не придет. Не успеет. Не беспокойся обо мне, язычник. Молись своим богам, — Альчик сделал еще полшага назад. — Скоро ты их увидишь.
— Может быть, — согласился Сергей. — А может, и нет. Я тебя обманул, болярин.
— Я и не сомневался.
Булгарские вои подняли щиты, готовясь прикрыть господина, если Сергей решится атаковать.
— Не спросишь в чем?
— Ну, говори.
Люпытство сгубило не только кошку.
Сергей огляделся. Вокруг не меньше полусотни булгар. Но без луков. Это обнадеживает. Сергей поймал взгляд Дёрруда, и тот кивнул. Мол, не сомневайся. Продержимся, сколько нужно.
— Я обманул тебя, болярин! — Сергей повысил голос, чтобы слышали все. — Олег жив и вполне здоров. Но ты был прав, когда сказал, что русь не придет, Альчик, — Сергей еще прибавил громкости, и теперь его слышали и за пределами воинского кольца. — Потому что русь уже здесь! Труби к бою, Ярпи!
И свей дунул в рог. Три коротких. И звук еще не угас, когда сбросившие на руку щиты нурманы сомкнули кольцо вокруг своего хёвдинга.
А вот булгарская гридь замешкалась. Потому что первым делом они прикрыли своего вождя, а не атаковали бойцов Сергея. Их вины в этом не было. Это Альчик растерялся и не отдал команду рубить своего собеседника. А когда спохватился, то по характерным звукам понял: Сергей сказал правду. Русь уже здесь и кровавая пляска началась. А значит, болярину уже не до Сергея. Ему бы самому ноги унести.
Не унес. Равно как и остальные булгары, независимо от пола и возраста.
Сергей в резне не участвовал. Но долю от добычи получил. Егри привез. Вместе с информацией. Как Сергей и предполагал, Альчик не принимал решения о том, что надо убить Олега. Это решение принял его господин, кесарь и хакан Симеон. Хакан Олег должен быть устранен. Если сумеет договориться с ромеями, то — непременно.
Не нравилось булгарскому царю то, как Олег расширяет свою державу. Уж очень похоже на самого Симеона. А булгарскому кесарю вполне хватало проблем с ромеями, печенегами, уграми и прочими, чтобы обзавестись еще и терками с русами. А терки будут, потому что даже если сами русы и не захотят конфликтов, то их вновь обретенные союзники-ромеи сумеют таковые создать.
В общем, много интересного рассказал болярин Альчик, прежде чем отправиться в рай. Скорее всего в рай, потому что добили его язычники и помучиться перед смертью ему пришлось изрядно.
— Отойдите! — дружинник у княжьего шатра заступил дорогу.
— Ты в своем уме? — удивился Егри. — Я твой воевода.
— Князь велел: никого. И чтоб у шатра никого не было.
— Я не никто, — Егри начал сердиться. — Второй где?
— Вон он, — сказал Сергей, которого происходящее отчасти позабавило. Но только до тех пор, пока он не узнал второго. Ангвлад. Если этот здесь, значит, что-то серьезное.
— Что происходит, брат? — спросил Егри.
Олегов телохранитель жестом показал: все хорошо. И сразу же: отойдите.
— Как скажешь, — не стал спросить воевода. — Отойдем, Варт.
Безъязыкий ухмыльнулся. Вопреки прозвищу, язык у него имелся. И глухонемым он тоже не был. Просто говорить не любил.
Сергей обратил внимание на здоровяка в кафтане-эпилорикионе, надетом поверх брони, и со спатой на простом кожаном поясе почти без украшений. Здоровяк держал под уздцы двух коней, один из которых, вороной, был чистокровным арабским мерином.
Ждать пришлось недолго. Полог откинулся, и из шатра, спиной вперед, выбрался упитанный муж, ромей, судя по внешности и одежке.
— Я все сделаю, мой господин! В ближайшее время! Два дня, не больше! — по-ромейски, с самыми почтительными интонациями проговорил гость князя.
