В чём, по мнению автора, заключается уникальность живописных полотен Сарьяна? Посетите Дом-музей Сарьяна в Ереване (или сайт музея: www.saryan.am) и прокомментируйте высказывание Андрея Белого.
5.8. Как вы понимаете следующее высказывание автора?
«…Я пишу не для чтения глазами… поэтому я сознательно его насыщаю… не только красками, но и звуками… я сознательно навязываю голос свой всеми средствами: звуком слов и расстановкой частей фразы».
5.9. Выразительно прочитайте фрагмент «В кривых закоулках», предварительно расставьте паузы, правильно соотнесите их по длительности, учитывая смысловые связи между словами.
5.10. Расскажите, что больше всего поразило автора при посещении художественно-этнографического музея в Ереване? Можно ли говорить об особом подходе в организации экспозиции этого музея?
5.11. Какие музеи в Армении вы знаете? Что вы можете о них рассказать? Почему Армению называют музеем под открытым небом?
5.12. Посмотрите фрагмент из телепрограммы «Непутёвые заметки» (http://goo.gl/xxJt5; 11:53–13:57). Как современники называли Сергея Параджанова? Почему его можно считать выдающейся личностью? В каких условиях он создал первый коллаж «Страсти по Пазолини»? Из чего Параджанов делал коллажи? На основе увиденного расскажите о Доме-музее Сергея Параджанова в Ереване.
5.13. Для российских школьников: подготовьте 10‑минутный доклад о музеях Еревана с презентацией в программе «PowerPoint» (6–7 кадров).
5.14. Продолжим читать отрывки из очерка Андрея Белого «Армения».
…Земля – с древним запахом: в чобры и в мяты влиты испарения староармянской и староперсидской культур, закурившихся, верно, от старых жаровен; здесь жив Вавилон: поглядите на бритые профили, губы, носы эриванцев, приставьте к ним длинные клинья бород завитых, – вы узнаете фрески: мужей окрылённых и посохоносцев в венцах многозубчатых: профиль армянский – вполне вавилонский…
закуриться – начать медленно гореть, начать дымиться
фреска – живопись по сырой штукатурке
…Впаяны древности в почву; и камни природные – передряхлели скульптуру; и статуи, треснувши, в землю уйдя, поднимают кусты; не поймёшь, что ты видишь: природу ль, культуру ль?.. почвы там храмами выперты; храмы – куски цельных скал…
Мы меж Араратом и меж снегокрылым сквозным Алагёзом сворачиваем круто влево, в аллею тенистую: из тополей бледноствольных; привстал бледный призрак из сини и солнца над малым цветком, голубым и лимонным, которым трава изошла: Арарат; стоп: мы – вышли; проходим к площадке, раздвинувши чаши цветов и кустов; средь песков ржавомедных – круг камня, как кружево: выбитая орнаментика.
Это – развалины храма Звартноц…
Эчмиадзин, обнесённый стеною персидской и стальными башнями (как настоящая крепость), охватывает.
Мы – на ярком, зелёном дворе, посредине которого вырос красивый собор, затенённый толпой толстостволых деревьев направо, под сенью которых спасаются от пережара, пьют воду колодца весёлые люди (приезжие из Эривани); пространнейший чёткий квадрат из тяжёлых и каменных зданий о двух этажах; в том – музей, в этом – книгохранилище; тысячи ценных пергаментов заперты там; помещение католикоса, квартиры монахов, – отдельное зданье; а шоколадное, новоармянское, грузное здание есть Академия, бывшая здесь…