Даже и по обнародовании Манифеста 19-го февраля, когда в западные губернии командированы были чиновники для введения нового Положения, и тут польское дворянство сумело повернуть дело сообразно своим тайным видам: оно прикинулось озабоченным сохранением порядка и спокойствия в крае, будто бы угрожаемых вследствие своеволия и разнузданности крестьянского населения. Помещики и ксендзы приняли на себя разъяснять крестьянам новое Положение, устранив местных православных священников, которых паны выставляли людьми невежественными, будто бы возбуждающими народ своими превратными толкованиями. Русских чиновников паны уверяли в необходимости строгих мер для удержания крестьян в повиновении. В некоторых местах сами же поляки распускали разные ложные толки с тем, чтобы подстрекнуть крестьян к неповиновению и тем вызвать строгие меры со стороны русских властей. Эта двуличная игра нередко им удавалась, благодаря легковерию и недальновидности начальствующих лиц, из которых многие сами были не чужды в глубине души одинаковых с панами помещичьих наклонностей. Поэтому в некоторых местностях, по науськиванию польских помещиков, против крестьян употреблены были даже войска. Так, например, в одном имении Белостокского уезда (Заблудов), в соседстве с имением графа Старжинского, крестьян подстрекнули к отказу от отбывания повинностей, а затем привели войска и подвергли виновных тяжкой расправе. Паны указывали крестьянам на такие примеры, дабы внушить им необходимость полного подчинения воле помещиков, и сильнее чем когда-либо наложили свою тяжелую руку на бедствующее крестьянское население. Мировые же посредники, набранные, конечно, из местных же поляков, во всем держали сторону панов и угодничали перед ними. Таким образом, крестьянское дело в Северо-Западном крае приняло весьма неблагоприятное направление, противное русским государственным интересам.
Что же касается юго-западных губерний: Киевской, Волынской и Подольской, то в этом крае польское дело находилось совсем в иных условиях, чем в Северо-Западном. В тамошнем населении поляки составляют лишь незначительное меньшинство: масса же простого, крестьянского народа, несмотря на вековое польское владычество, сохранила религию своих предков, свою малорусскую типичную национальность и прониклась глубоко недоверием, даже ненавистью к польским панам и шляхте. Поэтому в начале польского революционного движения поляки в Юго-Западном крае держали себя довольно осторожно; не оказывая явного противудействия ходу крестьянского дела, они заботились лишь о том, чтобы переход от крепостного состояния к свободному свершился как можно выгоднее для помещиков. Главный начальник края князь И.И. Васильчиков- человек честный, благородный, но пропитанный барскою спесью, мало входил в подробности дел и довольствовался тем наружным спокойствием, которое пока сохранялось в крае.
С первых же шагов в новой должности пришлось мне приняться за переустройство наших военных сил и всех частей военного управления, выработав предварительно полную программу предпринимаемых преобразований. Чтобы выяснить, в чем именно состояли эти преобразования и почему признавались они необходимыми и неотложными, я должен буду указать, в каком состоянии застал я наше военное устройство при вступлении в должность военного министра.
Во время Крымской войны, находясь неотлучно при военном министре князе Василии Андреевиче Долгорукове, я имел случай близко присмотреться к ходу дел Военного министерства, оценить наше военное положение, недостатки его и слабые стороны. По окончании войны, с переменою министра и по отъезде моем на Кавказ, разумеется, я несколько отстал от течения дел в министерстве; однако ж не мог не знать, что в продолжение четырех лет моего отсутствия из Петербурга не было сделано ничего, что способствовало бы сколько-нибудь улучшению устройства наших военных сил и большей готовности к войне. Напротив того, все меры, принятые генералом Сухозанетом, имели исключительною целью – сокращение военных расходов: то одно, то другое отменялось, упразднялось, убавлялось, и хотя некоторые из этих мер заслуживали полного одобрения (как, например, упразднение военных поселений и сословия кантонистов), тем не менее все сделанное в этот период времени носило на себе характер отрицательный. Продолжая идти таким путем, можно было довести государство до полного бессилия, в то время, когда все другие державы европейские усиливали свои вооружения.
