Разумеется, что в этом моральном портрете наполеоновской армии мы вовсе не пытались отразить все аспекты, а попытались выделить главное и, в частности, те изменения, которые начались в ходе войны 1812 года. Московский пожар нанес духу армии такой ущерб, что он во многом предопределил ужасные последствия отступления из России, оно же, в свою очередь, в значительной мере предопределило исход кампании 1813 года, неудача в которой не могла не сказаться на состоянии армии в 1814-м…
Тем не менее, каким бы проникнутым нервозностью не стал дух наполеоновских войск в последние кампании, нельзя не сказать, что армия сохранила даже в самые тяжелые часы испытаний многие из своих лучших качеств. И если в последних войнах Империи молодые солдаты Наполеона не подавляли своих противников гигантским моральным превосходством, как это, скажем, было в прусском походе 1806 года, то их преданность, отвага, чувство чести, веселость и великодушие не могут не вызывать симпатии. И хотя последняя битва Империи – Ватерлоо закончилась чудовищной катастрофой, она нисколько не убавила той притягательности и обаяния, которыми наполеоновская армия привлекает и сейчас к себе внимание тысяч людей.
Была ли армия Наполеона французской? Вопрос представляется просто абсурдным, но он вовсе не так несуразен, как может показаться на первый взгляд. Действительно, в предыдущих главах мы говорили о французской составляющей императорской армии, которая была для нее стержневой. Но рассказ о Великой Армии был бы немыслим без описания другой ее части – а именно, нефранцузского элемента. Значимость его менялась со временем, как в смысле чисто количественном, так и в качественном. Тому, насколько важную роль играли солдаты и офицеры нефранцузского происхождения в рядах наполеоновской армии и какую эволюцию претерпели за период существования Первой Империи иностранные контингенты и полки, – и посвящена эта глава.
Прежде всего мы остановимся на том, сколько всего нефранцузов сражалось в рядах наполеоновских войск. Для этого сначала необходимо отметить, что присутствие нефранцузского элемента в рядах императорской армии проявлялось в трех основных формах, а именно:
1) не французы, но подданные французской империи, призванные на общих основаниях под знамена и служащие в рядах «французских» полков. Это были жители так называемых «новых департаментов» – территорий современных Бельгии, Голландии (с 1810 г.), Пьемонта, центральной Италии, немецких земель левого берега Рейна;
2) Солдаты иностранных полков на службе Французской империи. Эти части формировались по различным принципам, о чем мы будем говорить позже, но главным для них было то, что они занимали в рядах Великой Армии особый статус и формировались из нефранцузов – поляков, швейцарцев, немцев, португальцев, испанцев и т. д.;
3) Контингенты союзников Французской империи. Этот раздел был самым многочисленным и очень неоднородным по своему составу, о чем будет также идти речь.
Уже одно перечисление форм, в которых иностранцы служили наполеоновскому государству, наводит на мысль, что их роль в армии империи была далеко не второстепенной. Однако обращение к цифрам дает поистине неожиданные результаты.
Рассмотрим прежде всего представителей «новых департаментов». Согласно подсчетам Ж. Удайля, которые вполне подтверждаются и результатами нашего исследования, их количество варьировалось от 16,6 % в эпоху Консульства до 25,6 % к концу существования Империи. В общей сложности численность солдат этой категории, служивших Франции, можно ориентировочно определить в 400 000 человек.
Что касается иностранных полков, то количество служивших в них за время Империи можно приблизительно оценить как 200 000 человек.
