– Поскольку тебя к этой свадьбе не подпустят и на пушечный выстрел, я не сомневаюсь, что Гаррисону будет способствовать вся удача мира, – заключила Арабелла.
Хотя Лоренс испытывал радостное возбуждение от возможности вновь увидеться с Гаррисоном, он был немало обеспокоен необходимостью оставить поместье на Чарльза, когда они уедут на свадьбу сына в Америку. Ведь теперь здесь не будет даже Джеймса, который мог бы приглядеть за всем, поскольку тот тоже уезжал вместе с ними.
– О, с ним тут все будет в порядке, – заверила его Маргарет, когда они, сев в свое ландо, махали на прощанье рукой Чарльзу и Арабелле с детьми, стоявшим у парадных дверей.
– Посмотрим, – сказал Лоренс.
– Ты ведь сам говорил мне, что он теперь гораздо больше интересуется вопросами управления поместьем.
– Это-то и волнует меня больше всего! – признался Лоренс.
Утром Феннел подавал завтрак для Чарльза и Арабеллы.
– Знаете что, я бы хотел сегодня вечером лосося, – сказал Чарльз. – Скажите повару, чтобы она попыталась приготовить из него какое-нибудь интересное французское блюдо.
Феннел, похоже, смутился.
– Полагаю, наша повар не может сделать из лосося что-то интересное и французское, – с пониманием улыбнулась Арабелла.
– Дело в общем-то не в этом, просто у нас весь этот сезон не было лосося. Рыбу не ловили в реке и не приносили в дом.
– А почему, собственно? Когда я рос здесь, у нас постоянно вылавливали в реке лосося и подавали его на стол.
Феннел только пожал плечами.
– Попросите главного егеря прийти ко мне в двенадцать, – распорядился Чарльз.
– Почему в этом году мы не ловим в реке лосося? – спросил Чарльз.
– Боюсь, что для лосося это просто неудачный год, сэр.
Чарльз закатил глаза в потолок.
– Этот год что, неудачный вообще для всего здесь?
Егерь неловко замялся.
– Его светлость распорядился в этом году не вылавливать лосося в реке, чтобы дать поголовью рыбы восстановиться.
– Река, в которой водилось такое громадное количество лосося, не могла просто так оскудеть.
Егерь продолжал мяться в нерешительности.
– Так что еще там происходит с этим лососем? – холодным тоном спросил Чарльз, заметив, что егерь что-то недоговаривает.
– Ну, в последнее время на реке много браконьеров.
– Браконьеров?
– Да, сэр. Честно говоря, наши арендаторы всегда немного браконьерствовали на нашей реке и его светлость просто закрывал на это глаза.
– Это для меня сюрприз.
– Но за последние два года появилось много браконьеров из Кастлуэста, которые уже не стесняются, потому что знают, что его светлость не станет звать полицию.
– Я ушам своим не верю! Выходит, мы должны голодать, пока посторонние лакомятся нашим лососем!
От такого образного преувеличения у егеря широко округлились глаза.
– Я хочу, чтобы вы собрали своих лучших людей. Сегодня ночью мы отправимся к реке и изловим этих негодяев, которые воруют нашего лосося!
При лунном свете Чарльз вместе с четырьмя егерями спрятался в деревьях на берегу реки. Все они были вооружены ружьями. Было холодно, и, когда ветер шелестел ветвями, у них над головой кричала ночная птица. Прошло уже несколько часов, и Чарльз замерз, но его все равно не покидала решимость покончить с браконьерством, которое его отец не просто игнорировал, но даже поощрял, закрывая на это глаза.
Внезапно на дороге к реке появилось трое мужчин. Дойдя до берега, они принялись что-то обсуждать, прежде чем начать устанавливать свои сети.
– На счет «три» хватайте их! – скомандовал Чарльз. – Раз, два… три!
Егеря бегом выскочили из кустов, напугав браконьеров.
– Лови мерзавцев! – крикнул Чарльз.
Им удалось схватить двоих, но третий убежал, скрывшись в зарослях деревьев.
Егеря привели перепуганных браконьеров к Чарльзу.
– Отвезите их в полицейский участок в городе. И пусть им предъявят обвинение в воровстве и браконьерстве, – распорядился Чарльз.
Егеря встревоженно переглянулись.
– Не думаю, чтобы его светлость захотел вмешивать в это дело полицию, сэр. Он бы просто строго предупредил их и отпустил, – сказал старший егерь.
– Делайте, что вам говорят, – немедленно доставьте этих воров в полицейский участок, – скомандовал Чарльз, после чего развернулся и направился обратно в Армстронг-хаус.
Арабелле очень понравились те несколько недель, пока Лоренс и Маргарет были в отъезде. Приятно было иметь весь дом в своем распоряжении без постоянного шпионства Маргарет и ее замечаний, без вечных стычек и споров Чарльза с Лоренсом и Джеймсом. Мысли ее часто уносились к свадьбе Гаррисона, она представляла себе, как там все прошло и какая она, эта Виктория Ван Хувен. Она задумывалась, изменился ли Гаррисон по сравнению с тем, каким она знала его. Был ли он по-прежнему таким же обаятельным, доверчивым и добрым? Она надеялась, что да. После стольких лет совместной жизни с Чарльзом эти качества Гаррисона стали намного более милыми ее сердцу теперь, чем когда она была молодой девушкой и голову ей вскружили мужские чары, опасность и интриги.
