– Чарльз! – воскликнула Арабелла, выбегая из гостиной. – Где ты был? Мы весь день искали тебя.
– Что случилось? – спросил он, глядя на ее бледное лицо.
– Твой отец… его хватил удар сегодня в библиотеке во второй половине дня. Феннел нашел его лежащим на полу без сознания.
– Где он теперь?
– Наверху с доктором и Маргарет. Они с ним там уже несколько часов!
В этот момент на лестнице появилась Маргарет в сопровождении врача.
– Могли бы мы поговорить где-нибудь, чтобы нам не мешали? – спросил доктор.
– Пойдемте в гостиную, – сказала Маргарет, уводя всех за собой и закрывая за ними двери.
Джеймс, который был уже там, нервно расхаживал по комнате.
– Как он? – сразу спросил Джеймс.
– У лорда Армстронга случился обширный инфаркт, – сказал доктор.
– Он поправится, доктор? Вы сможете ему помочь? – спросила Маргарет на удивление ровным голосом.
– Боюсь, что здесь я не так уж много могу сделать. Ему действительно не следовало бы ездить в Америку на свадьбу, поскольку чувствовал он себя недостаточно хорошо. Я советовал ему этого не делать. У него уже некоторое время было неважно со здоровьем.
– Но он никогда ничего такого не говорил! – Маргарет была шокирована.
– Он просто не хотел вас волновать. Он постоянно испытывал сильный стресс по разным причинам – то одно, то другое. – Доктор бросил выразительный взгляд в сторону Чарльза.
– Но он выздоровеет? – с тревогой в голосе спросила Арабелла.
– Боюсь, нет. Пару недель он еще продержится, а там – кто знает, – ответил врач.
Джеймс упал на диван и, закрыв лицо руками, заплакал, издавая странные всхлипывающие звуки.
Чарльз стоял неподвижно; лицо его было мертвенно-бледным, как у призрака.
Но больше всех удивила Арабеллу Маргарет. Они были с Лоренсом такой близкой и любящей супружеской парой, что она ожидала от нее неистовых рыданий, а возможно, даже обморока.
– Необходимо немедленно разослать телеграммы всем детям. Все они должны приехать сюда, чтобы попрощаться с отцом. Надеюсь, Гаррисон из Америки тоже прибудет вовремя.
В комнату вошел Феннел.
– Феннел, немедленно отправляйтесь в Кастлуэст и разошлите телеграммы в Лондон, Дублин и Нью-Йорк нашим детям с сообщением, что их отец умирает и они должны как можно быстрее приехать сюда. Все адреса я вам сейчас дам.
– Будет сделано, миледи.
– Пришли ко мне экономку. Мы должны проветрить все комнаты для гостей и приготовиться к их приезду. Гвинет и его высочество мы разместим в Голубой комнате.
– Да, миледи.
– Гаррисона и Викторию – в Красной комнате…
Маргарет продолжала раздавать распоряжения с армейской четкостью, а Арабелла в шоке смотрела на нее с благоговейным ужасом.
В Лондоне Эмили и Хью Фитцрой ужинали в глубоком молчании. Она кривилась, глядя, как он поглощает свою жареную утку, демонстрируя самые ужасные манеры, какие только можно себе представить. Он так отвратительно мусолил свою еду, что у нее окончательно пропал аппетит. Подняв глаза, он заметил презрительное выражение на ее лице.
– В чем дело? – спросил он.
– Ни в чем! – ответила она, аккуратно отрезая кусочек мяса серебряным ножом.
Он отбросил свою вилку на стол, схватил руками с тарелки то, что осталось от утки, и принялся обсасывать кости.
Она смотрела на него и чувствовала, что ее сейчас стошнит.
Замужество с Хью оказалось вовсе не таким, как она ожидала. О да, путешествие вначале было захватывающим. Они побывали в Южной Америке, в Европе и даже добрались до Индии. Она жадно впитывала в себя пейзажи и звуки далеких стран, которых она никогда даже не надеялась увидеть. Но со временем ей вдруг стало ясно, что самым чуждым для нее из всего, что она увидела, оказался сам Хью. Привыкая к его манере поведения, она начала осознавать, что у них с ним крайне мало общего. А когда она видела все его убогое невежество, это порой вызывало в ней отталкивающее чувство.
Были в нем и другие, более темные стороны – она видела пока лишь их тени, но уже боялась того, что может увидеть при свете дня. Он куда-то отлучался по ночам, никогда не объясняя, куда идет. Иногда пропадал на несколько дней, оставляя ее нервничать до болезненного состояния. Когда он возвращался после таких походов, он выглядел изможденным, разбитым и мог проспать двадцать четыре часа без перерыва. Она пыталась расспросить его, куда он ходит и чем занимается в свое отсутствие, но он сразу замыкался, а порой начинал злиться.
