– И что я, по-твоему, должен делать в этой связи? – Джеймс уже практически потерял надежду каким-то образом разрядить зашедшую так далеко ситуацию.
– Я ожидаю, что ты уладишь эту проблему как управляющий поместьем! – наставительно сказал Чарльз.
– Ага, теперь я, оказывается, управляющий поместьем, так получается? Раньше ты что-то не удосуживался вспомнить об этом. Ты даже не прислушивался к моим советам, чтобы как-то обозначить, что я все еще занимаю эту должность, – насмешливо возразил Джеймс.
– Я думаю, они уже готовы сломаться – мне кажется, фермеры вот-вот сдадутся, – продолжал Чарльз.
– Они и не собираются сдаваться. Оно и понятно – они ведь ничего не теряют. Продолжают себе заниматься своим хозяйством и просто не платят тебе ренту из-за забастовки.
– Максимально осложняя для меня ситуацию, они пытаются принудить меня продать им землю согласно этому новому закону, – сказал Чарльз.
Джеймс пожал плечами.
– Единственное оружие, какое у нас есть против них, это страх выселения. Следовательно, мы должны усилить этот страх. – Чарльз взял бухгалтерскую книгу учета. – Мы возьмем первые двадцать семей отсюда и выгоним их с земли. Подключи к этому Бромптона.
– Двадцать семей за один раз! Ты не можешь этого сделать! – заявил Джеймс.
– А почему бы и нет? Поскольку ни один из фермеров не платит мне ренту почти год, все они подлежат выселению. И если мне придется выселить их всех до одного, я это сделаю!
Кейт не звонила Нико с тех пор, как уехала в Дублин на очередной этап своего расследования в Ирландский автомобильный клуб. Войдя в библиотеку, он мученически поднял глаза к небесам: вся его архитектурная работа была бесцеремонно сдвинута в угол комнаты, которую Кейт теперь заставила ящиками и коробками с документами с чердака. Он подошел к штабелю, на котором была приклеена большая, написанная почерком Кейт записка «Проработать», и начал просматривать эти коробки. Во многих из них были бухгалтерские записи вплоть до девятнадцатого века. Он догадывался, что Кейт сюда еще не заглядывала, потому что она ненавидела все, что связано с финансами и бухгалтерией. Он сел и начал листать эти бумаги.
Вернувшись вечером из Дублина, Кейт, прежде чем войти в Армстронг-хаус, сдержалась и взяла себя в руки. Ей хотелось ворваться в дом и побыстрее поделиться с Нико тем, что ей удалось разузнать в Ирландском Королевском автомобильном клубе, но она решила, что лучше этого не делать. Судя по их последней размолвке, было очевидно, что он не поддерживает ее в этих поисках.
– Я пытался до тебя дозвониться, – сказал он, когда она вошла в комнату.
– А я выключила телефон, – объяснила она.
– Нашла в Дублине что-нибудь интересное? – спросил он.
Она неопределенно кивнула и тут с удивлением заметила, что на кофейном столике перед Нико лежит стопка документов.
– Что это? – спросила она.
– Я подумал, что, раз ты в Дублине, а нас поджимает время со съемками, нужно тебе помочь, – вот и решил покопаться в нескольких коробках из той кучи в библиотеке, на которой было написано «Проработать», – с полуулыбкой сказал он.
Она благодарно улыбнулась ему и села рядом.
– Ох, спасибо, Нико.
– Все бумаги до 1903 года я пропустил. Насколько я понял, к этому моменту у Чарльза были очень серьезные финансовые проблемы. Судя по записям в бухгалтерских книгах, за год до этого арендаторы прекратили выплачивать ему ренту. У него было большое превышение банковского кредита, и тут есть много писем из банка с предупреждениями об угрожающем состоянии его финансов.
– Очень интересно, – сказала она и, взяв бумаги со стола, тоже начала просматривать их.
– Здесь также имеется письмо от его адвоката, написанное как раз на той неделе, когда в него стреляли, где сказано, что, согласно полученным от Чарльза инструкциям, он запускает процесс продажи земель поместья фермерам по Закону Виндхэма, что должно обеспечить ему приток столь необходимых финансовых средств.
– Но нам уже и так известно, что после смерти Чарльза бóльшая часть поместья была распродана согласно этому земельному закону.
– Да, но до этого мы думали, что поместье было продано как раз в результате того покушения на Чарльза. А это письмо показывает, что он собирался сделать это и сам.
– Да, правильно, – с энтузиазмом подхватила Кейт, боясь показаться неблагодарной Нико, проделавшему такую работу.
– Но самое интересное – вот эти два документа, – продолжал Нико. Он взял со столика два листка бумаги и один протянул ей. – Это копия банковской выписки о том, что на его счет на этой неделе поступило двадцать тысяч фунтов от Хью Фитцроя… А здесь письмо от этого самого Хью Фитцроя.
– А кто такой этот Хью Фитцрой? – громко удивилась Кейт.
– Я проверил это имя по списку пэров Великобритании и Ирландии. Он был женат на сестре Чарльза, леди Эмили, которая, как мы знаем, после смерти Чарльза давала пояснения в полиции и утверждала, что в ту ночь находилась вместе со своей матерью, леди Маргарет.
У Кейт от удивления округлились глаза; она была поражена отличной работой, проделанной Нико.
– Я под впечатлением!
