– Было очень приятно с вами познакомиться. Чарльз очень высоко отзывался о вас, – ответила Арабелла, радуясь, что он сам решил уехать пораньше.
– Вы уверены, что не хотите присоединиться к нам за портвейном под хорошую сигару? – сказал Чарльз, который сидел, развалившись на своем стуле, во главе стола.
– Нет, я должен идти, – ответил Хью и быстро удалился.
Арабелла, ушедшая наверх с остальными женщинами, с балкона видела, как отъехала от дома его богатая карета, и испытала от этого большое облегчение.
Вечером в спальне, нанося за туалетным столиком вечерний крем на лицо, Арабелла не скрывала своего недовольства.
– Нет, действительно, Чарльз! О чем ты думал, когда приглашал к нам сегодня Хью Фитцроя? Нельзя было этого делать!
– А почему, собственно? – спросил он, укладываясь в постель.
Она обернулась и удивленно воззрилась на него.
– Бедняга был унижен. Он понятия не имеет, как себя вести, как разговаривать, как себя держать в обществе. А что касается его манер за столом… Большое счастье, что этого не видела твоя мать, – она бы просто в обморок упала! А его произношение!
– Вздор! Он совершенно нормальный.
– Ты, как всегда, демонстрируешь, что в тебе столько же способности к сопереживанию, как у толстокожего быка!
– Другие мои приятели из карточной компании тоже считают, что с ним все в порядке.
– Другие приятели, видимо, просто слишком жадные и думают только о том, чтобы надуть его и выиграть побольше денег! Он совсем из другого мира, и просто непорядочно сейчас вовлекать его в мир наш.
– Он, возможно, самый богатый из всех, кто сидел сегодня за нашим столом.
– А откуда у него все эти деньги?
– Не знаю.
– Очень странно. И подозрительно.
– А я считаю его находкой.
– Не находка, а совершенно безнадежный человек! Думаю, нам не следует включать его в список приглашенных на будущее – для его же собственной пользы, в первую очередь.
– Я думаю, что это очень важный контакт, который может быть полезен.
– Меня абсолютно не волнует, насколько он может быть полезен! К тому же есть в нем что-то пугающее. Эти глаза! Мы ведь ничего о нем не знаем – откуда он сам и где взял все эти деньги. Возможно, он и годится для вашей карточной игры, но только не для приличной компании у нас за столом.
Однажды вечером на следующей неделе в гостиную вошел Берчилл.
– Посылка для миссис Армстронг, – объявил он, вручая ей коробочку в красивой упаковке с эмблемой ювелирного дома «Аспрей» на Бонд-стрит.
– Да ты никак приготовил мне сюрприз? – окликнула Арабелла Чарльза, который в этот момент курил на балконе.
Берчилл ушел, а Чарльз вернулся в комнату.
– Это точно не я. Может быть, у тебя день рождения?
Она закатила глаза и вздохнула.
– Нет, конечно. Так ты даже не знаешь, когда у меня день рождения?
– В декабре?
Она смиренно, но с досадой покачала головой, развязывая ленты на футляре.
– В июне, чтоб ты знал. Гаррисон никогда не забывал про мой день рождения. На самом деле он осыпал меня подарками и без всякого повода.
Чарльз криво ухмыльнулся:
– Тогда, возможно, это от него?
Арабелла бросила на него гневный взгляд и, открыв находившийся внутри бархатный футляр, с изумлением увидела там прекрасные серьги с бриллиантами.
– Тогда кто же это мог быть?.. – Она быстро взяла сопроводительную карточку и прочла. – Они от Фитцроя! Таким образом он благодарит меня за субботний званый обед!
– Вот это «спасибо» так «спасибо»! – протянул Чарльз, беря у нее серьги и внимательно разглядывая их на свету.
– Но почему он счел необходимым послать мне такой подарок? Я не могу принять его. Это нужно немедленно отослать обратно.
Чарльз взглянул на нее с ужасом.
– Ни в коем случае! Если ты не примешь их, тогда их приму я от твоего имени! Интересно, сколько за них можно выручить, если сразу перепродать?
– Какой же ты мелочный, Чарльз! – с упреком бросила она.
– Что ж, я могу себе позволить быть мелочным, имея таких богатых и щедрых друзей, как Хью Фитцрой!
Солнечным утром Арабелла гуляла в Риджент-парке; с одной стороны от нее Изабель везла перед собой коляску с Пирсом, а с другой – шаткой детской походкой брела маленькая Пруденс. Навстречу им шла леди Холландер с какой-то молодой дамой.
– Доброе утро, – поздоровалась леди Холландер.
– Здравствуйте, леди Холландер, – ответила Арабелла.
– Боже мой, как выросла ваша Пруденс! – заметила леди Холландер, а затем заглянула в колясочку. – Какое же он красивое дитя – это отмечают буквально все!
– Спасибо, – сказала Арабелла с благодарностью, но немного встревоженно. Если Пирс всегда притягивал к себе взгляды людей, то на бедняжку Пруденс, казалось, никто не обращал внимания.
Сколько бы красивых платьев и лент Арабелла ни надевала на дочь, положительных отзывов окружающих все равно добиться не удавалось. И она уже начала опасаться, что вскоре Пруденс начнет завидовать брату.
Леди Холландер наконец оторвалась от колясочки.
– Спасибо за по-настоящему прекрасный прием в прошлую субботу. Всем нам он очень понравился.
– Мы были очень рады видеть вас у себя, – улыбнулась Арабелла.
Изабель и спутница леди Холландер забрали детей к озеру посмотреть на лебедей.
