Лотта даже не удивилась, когда в подвале их дома обнаружилась дверь в подземный ход. Ну, дверь. Ну, ход. В старых домах и не такое бывает. А что у них в доме не было, так и замка не было рядом. Не в чистое же поле бежать.
Герцог был тяжёлый. Даже удивительно, насколько тяжёлым может оказаться некрупный, в общем-то, мужчина. Но, к счастью, и ход оказался довольно коротким. Вскоре троица оказалась перед достаточно широкой лестницей.
- Теперь наверх, - сказал-скомандовал Вильгельм-Август. Он по-прежнему горел, рубашка и куртка были мокрыми от пота. Но даже больной, он все равно оставался герцогом.
Потайной ход, которым Лотта с мужчинами пришли во дворец, открывался прямо в герцогские покои. Чего, впрочем, и следовало ожидать.
- Стой! – Остановил Вильгельм-Август магистра Амброзиуса, который уже было потянулся к рычагу. – Сначала надо проверить, пуста ли спальня.
- А что, у вас в спальне такое же заезжий двор, как и в моей? – Не сдержала ехидства Лотта и тут же осеклась под строгим взглядом магистра.
Герцог же, напротив, ответил на подначку коротким смешком: «Не поверишь, по утрам – еще хуже. А сейчас, вроде, не должна быть, но кто знает…»
Как оказалось, именно герцог и знал. Выглянув в потайное окошко, он тут же отшатнулся назад и, закрыв заслонку, устало сел прямо на пол. Совершенно не по-герцогски вытер пот рукавом и процедил сквозь зубы: «Чертов Арнольд!»
- Это кто? – Шепотом спросила Лотта. Необычность ситуации так повлияла на нее, напрочь отбив страх. И, похоже, осторожность вместе с ним.
- Наследник, - Магистр снова строго глянул на подопечную, вздумавшую осмелеть в такой ответственный момент.
- Ну, допустим, пока еще не наследник, - возразил Вильгельм-Август, отдышавшись. – Только один из. Даже не самый главный. Кузен мой троюродный, так его растак!
- И что делать будем? Посидим тут, пока сам уйдет? – Лотте решительно не нравилось состояние герцога. Еще и сидит на холодном полу. Но кто б ее спрашивал.
- Нет. Есть у меня одна идея.
Глаза Вильгельма-Августа блеснули мальчишеским задором.
- Как насчет немного разыграть непрошенного гостя? - Спросил он у магистра.
Наверное, у магистра. А, может, и нет. Потому что в следующий миг он уже обращался к Лотте.
- Лотти, золотце, снимай плащ. И чепчик этот дурацкий тоже не забудь.
- Что вы задумали, Ваша Светлость? – Встревожился магистр Амброзиус.
- Ничего особенного. Всего лишь проверить, насколько хорошо мой дорогой родич знает семейные легенды. Раз уж наша Шарлотта так удачно вырядилась сегодня в ту робу храмовницы…
Герцог придирчиво осмотрел Лотту. Потянулся рукой и поправил несколько выбившихся из косы прядей. Расправил сборки рубахи на груди. Чтобы ткань спадала ровными фалдами. Потом, шипя и тихо ругаясь, достал их фонаря свечу и дал девушке в руки. Магистр, державший фонарь, только вздохнул.
- Ваша Светлость, а сказать тяжело было?
- Не подумал, - легко отмахнулся «Светлость», снова оглядывая получившуюся картину.
Потом на миг задумался, разглядывая свои руки. Перстень с левого герцогского мизинца был Лотте не настолько велик, чтобы совсем уж спадать с безымянного пальца. Красивый, золотой с ярким синим камнем, отшлифованным в форме кабошона. Герцог взял руку Лотты, на которую сам одел перстень, и что-то пошептал под неодобрительным взглядом магистра. Камешек неожиданно ярко сверкнул в отблесках свечи.
- Перстень Герцогини? – Задумчиво протянул магистр Амброзиус.
- Именно, - сверкнул улыбкой Вильгельм-Август.
А Лотта, как обычно. Мало что понимала из их разговора и просто ждала, пока ей хоть что-нибудь объяснят. Как оказалось, требовалось от нее совсем немного. Всего лишь выйти в дверь первой и изобразить привидение какой-то там древней герцогини. «Ну да», - хмыкнула про себя Лотта, - «В такой рубашке только привидением и пугать». Глубоко вздохнув, она шагнула в открытый проход.
Сложно сказать, какого эффекта надо было ожидать. Но, по мнению Лотты, герцог надолго отбил у своего кузена желание шастать по чужим спальням.
- Ге… Ге… Герцогиня Шарлотта! – Срывающимся голосом проговорил господин Арнольд и совсем уж неуместно икнул. А потом неожиданно отвесил слегка пьяный, но вполне куртуазный поклон.
Лотта, которой роль привидения начинала казаться даже забавной, позволила себе улыбнуться одним краешком губ и слегка наклонить голову. Даже не в поклоне, нет. Просто дать знать, что приветствие принято. Именно так, в ее понимании, должна была бы вести себя настоящая герцогиня. Быть элегантной и строгой. Сложно сказать, что там получилось с элегантностью, но строгости Лотта отмерила точно, как в аптеке. По рецепту сестры Герлинды.
По мнению Лотты, рецепт сработал идеально. Господин Арнольд попятился, что-то бормоча себе под нос и перемежая ругательства извинениями. Потом выскочил за дверь и было слышно, как в пустой гостиной громко протопали его сапоги.