– Здесь однозначно применимо положение о солидарной ответственности! Я подготовлю письмо о назначении штрафа в размере половины от совокупной стоимости контрактов всех участников инцидента. – Он уставился на старшего из водников. – Конфликты между школами должны остаться в Поднебесье, вас об этом предупреждали! В следующий раз штраф составит треть стоимости контрактов всей группы.
– И влепите по пять плетей этим болванам за лжесвидетельство и трату нашего времени!
Все ушли, мне велели задержаться.
– Чтоб духу твоего в форте больше не было! – объявил майор. – Стажируешься в больнице, вот и оставайся там на целый день. – И бросил своему заместителю: – Распорядись!
Расстроился я по этому поводу? Ничуть.
Обиделся? Нисколько.
Ничего не попишешь: неприятности продолжали бежать за мной и кусать за пятки, так сразу уже даже и не понять – сам к себе проблемы притягиваю или до сих пор чужое имечко аукается.
Ну да ничего – дальше будет проще.
Черти драные, да уже проще! Уже с недавним прошлым не сравнить!
Выгребу!
В больницу на следующий день я так и не попал. Налетевший ночью шторм угомонился только лишь ближе к закату, поэтому остался в усадьбе помогать с наведением порядка прислуге. Дальше погода особо лучше не стала, дожди лили через день да каждый день, небо неизменно затягивали наползавшие с моря тучи, лишь время от времени через прорехи в облаках проглядывало солнце. Тогда становилось невыносимо душно.
В больнице я теперь куковал с утра до вечера, и очень скоро убедился, что магистр Первоцвет о выделяемом ему за вредность молоке отнюдь не шутил. Пусть по части прилипчивости порча и не дотягивала до полноценных проклятий, но чем дольше я избавлял от неё пациентов, тем сильнее ощущал остаточное воздействие этих мерзких чар и на себе. Ошмётки чужих арканов марали дух и тело, приходилось всё больше времени уделять очищению от них, благо магистр по-прежнему охотно делился знаниями и дополнительной платы за это не брал, лишь продолжал записывать всех исцелённых исключительно на свой счёт.
Вёл Первоцвет и частную практику, но за серьёзные случаи во внерабочее время не брался и большей частью облапошивал суеверных горожан из числа аборигенов и антиподов, привезённых из других заморских земель. Избавлял он их от сглаза. Лучше бы мне этой темы было не касаться вовсе, но ляпнул сдуру, будто не верю в дурной глаз, и совершенно напрасно. Потом несколько часов кряду всё самым натуральным образом валилось из рук, я то и дело смахивал со столов медицинский инструмент, а под конец и вовсе прищемил пальцы дверью.
Тогда только заподозрил неладное, погрузился в состояние равновесия и почти сразу отследил непонятные отклонения, коснувшиеся преимущественно правой руки. Выправил их без особого труда, чем весьма развеселил магистра.
– Вот так-то! – наставительно произнёс он. – А ты – суеверия! Сглаз, конечно, послабее порчи будет, но тоже ничего хорошего. О скрытых одарённых слышал? Так вот такие могут просто пожелать в сердцах недоброго, а у человека на духе сама собой проклюнется метка, приманивающая приблудных духов. Ну или, как в твоём случае, пострадает контроль руки, вот бедолага возьмёт и оттяпает себе что-нибудь топором.
– И мы так можем? – заинтересовался один из учеников школы Багряных брызг.
Первоцвет усмехнулся.
– Как научитесь состояние гармонии ловить – сможете.
После того случая я вновь начал медитировать в попытке эту драную гармонию ухватить, а то сосредоточился исключительно на развитии узловых точек и проработке меридианов и на всё остальное махнул рукой.
Впрочем, ещё бы мне на всё прочее рукой было не махнуть! Увы и ах, Первоцвет как в воду глядел: приходилось из кожи вон лезть, лишь бы только избавиться от искажений, которые повлекло за собой использование при формировании левого фрагмента абриса порчи. И если тело неприятных сюрпризов давно уже не преподносило, разве что лицо загорело как-то совсем уж неравномерно, то привести в порядок дух покуда не получалось. Нет, его больше не рвало в клочья и отпала нужда чуть ли не ежедневно ловить баланс, уравновешивая узлы, но левый глаз день ото дня всё сильнее наливался пурпуром, а работать с энергией этого аспекта левой рукой стало куда сподручней нежели правой.
Оно и немудрено: сначала письмецо с проклятием хватанул, теперь дополнительно красного аспекта при прожиге меридиана добавил, вот и случился перекос. И хоть пламя атрибута продолжало оставаться молочно-белым, я всё же спросил у магистра Первоцвета, чего ждать дальше, но тот лишь отмахнулся.
– Сам же сказал, что красный аспект лучше! Не бери в голову – думаю, это твоя наследственная склонность пробуждается.
Самое смешное, что так оно и было. И пурпурный аспект представлялся мне интересней белого, и то драное проклятие досталось именно что по наследству!
Я потёр левую щеку и уточнил:
– А с лицом у меня что?
Магистр пожал плечами.
– Думаю, это дисбаланс абриса сказывается.
– И что теперь делать?
