Из Пространственного кармана попаданка взяла тот кувшинчик, содержимое которого обещало сделать её рыжей. Такой цвет конечно слишком приметен, но Вика определилась, что, как говорится, прятаться нужно под фонарём. Кому придёт в голову, что повелительница Ордена, в стремлении сохранить своё инкогнито, станет выставлять напоказ принадлежность к этой организации?
До Рейв-Кана Вика решила добираться под видом лекарки — младшего мастера, в прошлом году закончившей университет, отработавшей полгода в милонегском госпитале и теперь отправленной к новому месту службы.
Некоторые опасения, что процесс окрашивания может у неё завершиться таким же фиаско, как и у Кисы Воробьянинова из любимого бабушкиного фильма "Двенадцать стульев", когда тот вместо радикально чёрного окрасился в зелёный цвет, у попаданки имелись. Однако, Олег не подвёл. Вика с удовольствием покрутила головой перед небольшим зеркалом и сочла себя чудесной. Рыжая бестия.
Она быстро переоделась в дорожный костюм горожанки среднего достатка, надела на мизинец левой руки орденское серебряное колечко, повесила себе на шею поверх куртки цепочку с бронзовым знаком младшего мастера Ордена и оглядела на прощание каюту.
Вроде бы, ничего нужного не оставила, а последствия её парикмахерской деятельности близнецы приберут. Вика ушла в Скрыт и с помощью Прыжка переместилась на берег.
За то время, что она потратила на своё преображение, барк уже достиг устья Улейки, и первое же заклинание пространственной магии переместило попаданку внутрь городских стен.
Шанс встретить в Улейке кого-то из своих рыцарей или членов экипажа, с которыми она сюда прибыла, Вика считала мизерным, однако, рисковать и задерживаться в городе не стала.
Из Скрыта она вышла, как обычно, в безлюдном укромном месте — за обширным загоном для рабов и скота, неподалёку от Живого рынка, шум которого хорошо был слышен за высоким глинобитным облупившимся забором.
Перепрыгнув канаву с нечистотами, вытекающими из огороженного пространства, Вика оказалась на тропке, зажатой с двух сторон густыми рядами кустов, и сильно замусоренной.
Когда попаданка прошла по ней немного вперёд, бормотание и вскрики рабов, удары и злой рык надзирателей за оградой и зарослями кустов сначала сменились блеянием овец, а затем Вика почувствовала усиливающийся запах конского навоза и нарастающие звуки ржания лошадей, сопровождающиеся уговорами конюхов.
Город Улейка славился богатыми рынками, являясь своего рода торговым хабом в этом регионе Датора, и повелительница теперь лично могла убедиться, что слава эта заслужена — пока не ясно, как обстоят дела с ассортиментом и ценами, но по размерам местный Живой рынок не сильно уступал Вьежскому, хотя сам город был меньше торговой столицы Датора раз в десять.
Дальновидение показало Вике, что при выходе с тропы она попадёт на очень оживлённую площадь.
— Невмоготу стало? — добродушно усмехнулся один из тройки рыночных стражей, при виде вышедшей из кустов прилично одетой и весьма симпатичной девушки, — Решила проблему? Откуда ты взялась в нашем городе, что-то я тебя раньше не видел.
Стражи, первый — заметивший гостью, великан с похожим на картофелину носом, второй — худощавый и бледный мужчина с лицом алкоголика, и третий их товарищ — молодой, белобрысый парень, стояли в небрежных позах перед самым началом торговых рядов.
Конечно, Вика могла бы и переждать до их ухода, но посчитала это лишней перестраховкой. В конце концов, что особенного можно увидеть в отходившей в кустики девушке? Что естественно, то не безобразно, а общественных туалетов в этом мире попаданка ещё не встретила ни одного. Не Древний Рим тут всё же. Да и видела она возле тропки следы частых посещений людьми этого укрытого от глаз пространства.
— Вечерком свободна? — сразу же взял быка за рога самый молодой из тройки, поправляя меч и выпячивая грудь, вызвав этими показными движениями усмешки у своих товарищей, — Могу угостить. Даже в "Кабаньем острове". Пойдёшь?
Судя по гонору белобрысого, упомянутый трактир наверняка здесь самый дорогой. Тому, что стражник мог позволить себе пригласить в него девушку, Вика не удивилась — нагловатый парень был не обычным городским защитником. Стражники на рынках, помимо обеспечения порядка, выполняли ещё и, частично, функцию мытарей, собирая с торговцев ежедневные взносы. Во Вьеже, до прихода в мэры дядюшки Тугорда, ревниво относившемуся к любому мздоимству, идущему мимо его кармана, и резко сократившего в своём хозяйстве доходы рыночных стражников-обирал, к их рукам прилипала почти треть уплачиваемого продавцами налога.
Как обстояли с этим дела в Улейке, Вика могла только догадываться, но, судя по самодовольству парня, у местных защитников правопорядка они шли весьма неплохо.
— Я бы с огромным удовольствием, — застенчиво улыбнулась грозная госпожа Тень, — Но мне не стоит в вашем городе задерживаться — меня ждут в Чивире. Куплю лошадку и…
— Лекарка Ордена! — воскликнул великан, разглядев и опознав знак на груди появившейся перед ними девушки, — Но… откуда?
