— Корабль, который ты мне подобрал, полагаю, не вонючий? — спросила Вика, поднимаясь с дивана — её голова сильно потяжелела после долгого делового разговора, и исцеление тут ни в чём помочь не могло, ни Малое, ни Абсолютное, — Всё, Шторм. С тобой хорошо, но твою владетельницу лучше не злить. Урания иногда такой ужасной бывает, — пожаловалась она на подругу.
— Где я тебе среди не орденских кораблей найду такой, что тебя устроит? — развёл руками Шторм, — Но гребцы, как ты и приказала, отмыты и обриты, а там уж… извини, если что не так.
Утро красило нежным светом — нет, не стены древнего Кремля — воды Вены, её замусоренные Вьежские берега, тёмные стены и крыши пакгаузов, амбаров, скотных дворов, рабских загонов, дешёвых таверн речного порта и мачты большого количества плоскодонных судов и зашедших с залива кораблей класса река-море.
Убытие магини Тень, понятно, никем не афишировалось, тем не менее, гвардейцам герцогини приходилось сдерживать огромные толпы желающих посмотреть на прославленную повелительницу Ордена.
Любовь народных масс ветрена и очень быстро проходит, но пока, после прошлогодней эпидемии, когда Вика лично исцеляла больных почти по три сотни в день — она в те дни только переламывала заразе хребет, тратя самый минимум магической энергии на каждого заболевшего, предоставляя организмам людей дальше самим добивать хворь — во Вьеже попаданку почитали почти, как святую.
Конечно, мор она победила не в одиночестве. Вон, рядом с директором орденской школы, двадцатипятилетним парнем, стоит и начальница Вьежского госпиталя, совсем молодая женщина с усталыми добрыми глазами.
Сколько в те тяжёлые дни она вынесла на своих плечах, вместе с пятёркой орденских лекарей и со в спешке набранными местными помощниками, можно было бы целую книгу написать. Но Лирии хотя бы повезло в том, что рядом с ней оказалась её повелительница. Начальникам госпиталей в других городах пришлось гораздо хуже, почему там и результат борьбы с эпидемией даже близко не был столь впечатляющим, как здесь.
Сегодняшнее утро напомнило Вике её прибытие из фридландского путешествия, когда два недотёпы устроили на неё покушение. Вот только, сейчас народа пришло в разы больше.
— Ты же знаешь, Урания, я не люблю прощаний. Ни кратких, ни, тем более, долгих. Но, капец, ты такая упрямая…
— Да уж. А я терпеть не могу, когда ты, вечно, не успела приехать, опять уезжаешь. И опять какая-то задумчивая, — герцогиня проявила наблюдательность, — как при виде той сосулькой в виде петуха. Вика, ты мне так и не расскажешь?
— Да нечего рассказывать, — облегчённо рассмеялась попаданка, — Правда, ерунда полная.
В этот раз причиной погружения попаданки в себя явилось то, что она никак не могла вспомнить, где видела лицо одного из галерных рабов, которых прогнали мимо неё на корабль, нанятый Штормом для доставки повелительницы в Улейку.
Прощание с друзьями, соратниками, адептами Ордена, родными — семья Макров явилась в полном составе, Свон и Галл даже жён прихватили, восторженных глупышек — не мешало повелительнице Ордена сканировать окружающее пространство, как с помощью магии — заклинанием Дальновидение, так и умением ассасинов — обострённым восприятием.
Память на лица у Вики всегда была хорошей, ещё с прошлой жизни, без всякого подарка от Сущности, и знакомую физиономию сразу же выцелила, но вспомнила, кому она принадлежит, только после слов Урании.
Это же один из ближайших дружков придурка Оззи! Тот, что громче всех злорадствовал, когда их компания предвкушала последствия пакостей, ей подготовленных. Видать, после неприятностей, свалившихся на голову бывшего мэрского сынка, как говорится, под раздачу попали и его приятели из золотой молодёжи. Долговое рабство? Ещё какое-то преступление? Попаданке это стало не интересно.
Особо длительными злопамятством и мстительностью, если, конечно, дело касалось сущего пустяка, Вика не отличалась, но и жалеть таких козлов не собиралась вовсе. Получил то, что заслуживал. Пусть теперь веслом поворочает. Может, правда, труд из обезьяны человека сделает?
Побыстрее смять церемонию расставания попаданке помешало ещё одно препятствие в виде офицеров отряда рыцарей Ордена, сопровождавшего её во Вьеж. Капитан, оба лейтенанта и лейтенант-маг выстроились перед сходнями с мрачными, озабоченными лицами.
— Повелительница, — обратился к ней капитан, когда Вика наконец-то вырвалась от провожающих, — Десятка будет мало, позволь выделить ещё рыцарей, и нам самим отправиться с тобой, — губы офицера сжались в узкую полоску, как у когда-то виденной попаданкой в детстве базарной торговки, приготовившейся к громкому скандалу.
Офицеры в поддержку своего командира закивали головами.
— Шерби, ты соображаешь, что предложил сейчас? — разозлилась попаданка, — Обернись. Посмотри. Где вы там разместитесь? На моей шее, что ли?
— Мы сейчас быстро найдём ещё корабль и…
