Впрочем, талант артистки проявился у Раневской ещё в раннем детстве. Она была очень впечатлительным ребёнком, сильно расстраивалась из-за небольшого заикания, которое прошло с возрастом, часто чувствовала себя одинокой. И постоянно копировала окружающих: изображала дворника, продавца мороженого и даже нищего возле церкви. Устраивала кукольные спектакли, много читала. А прочитанное так близко к сердцу воспринимала, что если в книжке кого-то обижали, то потом часами плакала навзрыд.
А вот арифметика ей давалась с трудом – не переносила она точные науки, считать так толком и не научилась, поэтому всю жизнь у неё денег не было, в бедности жила. Хотя зарабатывала прилично, но в магазине её вечно обманывали, потому что она сдачу сосчитать не могла. Зато у девочки способность к сопереживанию была чрезвычайно развита: Фаина так сочувствовала бедным людям, что, когда однажды старший брат сказал ей, что их папа эксплуататор (а он у них и правда был богатый мануфактурщик), она с братом сбежала из дома. Впрочем, их быстро поймал городовой и отвёл обратно домой.
«Похоже, что Бог любит страдальцев. Вы когда-нибудь видели счастливого гения? Нет, каждого трепала жизнь, как травинку на ветру».
В 18 лет Фаина заявила родителям, что собирается стать актрисой. Не найдя понимания у родных, она ушла из дома. После революции вся её родня уехала за границу, но девушка осталась в советской России и со временем стала известной артисткой.
Она много играла на сцене, но всенародную любовь ей принесли роли в кино. Кинематограф тогда бурно развивался, было много комедий, а в этом жанре Раневская не знала себе равных. Она умела очень точно показать характер своих персонажей, несколькими штрихами актёрской игры придать комизм экранной ситуации. Главных ролей у Раневской не было, но в эпизодах она создавала непревзойдённые шедевры.
Миллионы зрителей хохотали, видя Раневскую в роли домработницы в фильме «Весна», а в фильме «Мечта» она сыграла совсем иную, глубокую психологическую роль. Все дети знали «домомучительницу» фрёкен Бок из мультфильма про Карлсона – а ведь её озвучила Раневская! Над любой ролью Фаина Георгиевна работала тщательно, продумывала линию поведения персонажа, часто спорила с режиссёрами. Однажды на репетиции она сильно повздорила с режиссёром, который заставлял Раневскую играть так, как он считал правильным. Тогда он на неё закричал:
– Вон из театра!
– Вон из искусства, – спокойно ответила ему она.
«Талант – это неуверенность в себе и мучительное недовольство собой и своими недостатками, чего я никогда не встречала у посредственности».
Фаина Георгиевна была очень непрактичным человеком, денег у неё вечно не было. Благо у неё были надёжные друзья, а за хозяйством следила домработница.
Помимо актёрского мастерства Фаина Георгиевна прославилась своим остроумием. Её шутки, забавные случаи из жизни до сих пор пересказывают и публикуют. А ведь судьба у неё не была лёгкой, много трудностей она перенесла, но своим юмором умела скрасить самые тяжёлые минуты жизни, никогда не унывала! Она как будто свою жизнь превратила в театр, и вся страна была её зрителем.
«Люди сами себе устраивают проблемы – никто не заставляет их выбирать скучные профессии, жениться не на тех людях или покупать неудобные туфли».
У Раневской не было семьи, но её нельзя назвать одинокой, она дружила со многими выдающимися людьми, общалась с поэтами, художниками, музыкантами и была всенародной любимицей. Также у неё были сиамский кот Тики и пёс Мальчик, в которых она души не чаяла.
В полной мере талант Раневской раскрылся в театре Александра Таирова, но Таиров прожил недолгую жизнь, и актриса со своим сложным характером, требовательным отношением к искусству всё реже находила удовлетворение в творческой работе. Настоящей легендой стал один из поздних спектаклей Фаины Георгиевны, в котором она играла с известным актёром Ростиславом Пляттом. Этот спектакль назывался «Дальше – тишина» и рассказывал печальную историю пожилой семейной пары, дети которой отправляют старую маму в дом престарелых.
В последний раз глубоко пожилая Раневская вышла на сцену в 1982 году в спектакле по пьесе Островского «Правда – хорошо, а счастье лучше». Режиссёр-постановщик Сергей Юрский вспоминал о великой актрисе с большим теплом: «Последние двадцать лет, если не больше, она начинала свою роль (любую!) только после овации. Дружные аплодисменты благодарности. Просто за то, что видим её. За всё, что уже видели. И вот она с нами. И ничего больше не надо!»
Советский режиссёр и сценарист, теоретик искусства, заслуженный деятель искусств РСФСР
1898–1948 гг.
