– Не торопитесь! – сказало Время. – Мы не можем отпустить вас, если вы не дадите нам что-нибудь взамен. Вы должны заплатить!
– Заплатить? – удивилась Мини. Она похлопала себя по карманам. – Но у меня… ничего нет.
Ару сердито посмотрела на существ. Во-первых, никто не оценил её великолепной шутки про Бэтмена. Во-вторых, с какой стати они вообще должны за что-то платить? У
Ару сжала кулаки.
– Почему мы вам что-то должны? – спросила она. – Вы что, не понимаете? Мы пришли сюда только для того, чтобы
Время слегка приподнялось на своих насекомьих ногах.
И оказалось намного
– А вот и ваша дерзость проснулась, не так ли?
Мини выступила вперед:
– Нет! Вовсе нет. Это она просто так говорит. У неё с головой не всё в порядке. Э-э-э… непереносимость первого типа. И она ничего не может с этим поделать.
– Чтобы выйти отсюда, нужно оставить что-то взамен себя, – продолжало настаивать Время.
Паукообразное существо выросло ещё больше. Оно сложило передние ноги и нетерпеливо потирало их друг о друга.
– Простите, – сказал Желан, грациозно вылизывая свою лапу. – Правила есть правила, хотя… хорошая карма, если она у вас есть, поможет вам выйти отсюда.
– Это что, типа добрые дела? – спросила Ару.
Она незаметно сделала шаг назад, и Мини последовала её примеру. Время стремительно и устрашающе преградило им путь. «Цок, цок, цок» – процокали его ноги-палочки по мраморному полу.
– Ну, э-э-э, я выгуливала собаку соседки… – пробормотала Ару.
– Я чищу зубы зубной нитью дважды в день! – поспешила вставить Мини.
– Докажите, – потребовало Время.
Мини засунула два пальца в рот и растянула губы:
– От хак!
– Не слишком тщательно, – скривилось Время.
Мини истерически засмеялась.
Монетка из слоновой кости – та самая, которую вручил ей Читрагупта целую вечность назад.
Она повертела её, и на поверхности монеты вдруг показались добрые дела, которые она совершала в течение жизни.
– Подожди! – закричала Ару, протягивая монету. – Вот доказательство!
Мини опустила руку в рюкзак и достала свою.
– Я покажу тебе, что чистила зубы нитью. Клянусь!
Желан подошёл, взял монету зубами и надкусил. Потом проделал то же самое с монетой Мини, после чего повернулся к Времени и сказал: «Похоже на правду».
В один миг Время сжалось настолько, чтобы оказаться на уровне глаз Ару.
– Можете идти, дочери богов.
Ару не собиралась задерживаться и ждать повторного приглашения.
– Отлично! – Мини изобразила радушие и придвинулась ближе к подруге.
– Да! Было… приятно познакомиться, – сказала Ару и прошла мимо них.
Желан и Время молча наблюдали, как девочки направляются к выходу.
– До свидания!
Время наклонило голову.
– До неизбежного свидания.
Люди вечно шутили насчет загробной жизни, мол,
Всё, что помнила Ару, когда переступила порог, – это странное чувство потрясения. Как будто она уже делала нечто подобное раньше, но не по собственной воле, а подчиняясь чужой. Как выстрелить из оружия: вы понимаете, что совершаете зло, но знаете, что должны. А ещё всё происходило как сон, потому что Ару никак не могла вспомнить, откуда же они сейчас ушли. Только что это место было, и вот его уже нет.
С каждым шагом, ведущим в туннель между жизнью и смертью, её всё больше окутывали ощущения-воспоминания. Она вспомнила удивительные вещи: её качали в колыбели и прижимали, мама говорила ей много раз подряд, как сильно её любит. Она снова через много лет почувствовала боль первого вырванного молочного зуба; вспомнила, как однажды сломала руку, качаясь на хоботе музейного слона, и ощутила скорее удивление, чем боль, потому что до того дня она даже представить себе не могла, что когда-нибудь может пораниться.
Ару зажмурилась.
Когда она закрыла глаза, казалось, что прошла целая вечность или же, наоборот, время замерло на месте, прежде чем она снова их открыла.
А затем девочка увидела, что они с Мини стоят посреди дороги. Несколько машин замерло на ходу с открытыми дверями, как будто водители и пассажиры покинули свой транспорт в спешке. Чуть дальше слышался треск телевизора, доносившийся из пункта оплаты проезда.
Мини посмотрела на Ару.
– Ну, по крайней мере, мы не на парковке.
