«Нет, не здесь», – он словно вышел из оцепенения. Фатих поднял девушку, ноги не держали ее, колени подгибались. Он перенес Арзу к колесу, осторожно прислонил спиной к узкому деревянному ободу и тронул поворотный рычаг. Медленно, со скрипом, колесо повернулось вверх.
Опять ничего не видящая девочка теряла опору под ногами. Пытаясь сохранить равновесие, она нащупала толстые спицы колеса и намертво вцепилась в них побелевшими пальцами. Султан опустил ее ноги по обе стороны обода, согнул в коленях и надежно закрепил шнуры ближе к оси. Теперь ее истерзанное кнутом тело в точности повторяло форму колеса, и Фатих опять взялся за рычаг. Колесо скрипело, ее голова опускалась все ниже, а раскрытое лоно поднималось все выше. Цепочка, соединяющая соски, не удержалась на гладкой коже, и, скользнув по багровому рубцу на груди, упала на шею, зацепившись за ошейник.
Пытка продолжалась.
Повелитель отступил на шаг, как обычно, оценивая созданную живую композицию. Она впечатляла и сводила с ума! Арзу продолжала постанывать, ее растрепанные волосы свисали вниз, лицо порозовело от прилившей крови, выпяченная грудь подрагивала, а голова была так сильно запрокинута, что подбородок составлял почти идеальную прямую линию с длинной напрягшейся шеей. Девушка безуспешно пыталась глотать слюну.
Пожалуй, колесо было лучшей его выдумкой. Сколько фантазий рождало оно в голове Повелителя, сколько возможностей открывало!
– Арзу! – негромко окликнул ее султан.
– Да, мой Господин! – Арзу, захлебываясь, с трудом произносила слова.
– Ты хорошо запомнила, что я не должен ничего повторять дважды?
– Да.
– Вот и прекрасно! Тогда переходим к следующему уроку.
– Нет! – она беззвучно плакала, повязка на глазах намокала от слез.
Фатих склонился над соблазнительно выгнутым телом и нежно провел языком по выпуклому рубцу на груди, по соскам, животу, по яркому следу от кнута на вывернутом бедре.
– Арзу, пожалуйста, слушайся своего Господина! – сочувственно произнес он, – не спорь со мной, не заставляй портить твое чудное тело.
Он коснулся раскрытой ладонью лона, засовывая внутрь пальцы. Там было влажно. Фатих с удивлением ощутил еле заметный ответный трепет девушки. Его руки по-прежнему творили с ней волшебство.
Возбужденный султан обошел колесо. Сейчас поза его рабыни идеально подходила для освоения глубоких оральных ласк: восставшее достоинство Повелителя располагалось точно на уровне ее лица. Раздвигая головкой мокрые, покрытые пеной, губы, Фатих с наслаждением погрузил член в полный слюны рот Арзу. Она подавилась, дыхание сразу же сбилось.
– Так не пойдет. Ты должна дышать носом, детка, – приостанавливаясь, ласково сказал султан, – слушай меня. Дыши носом, вдыхай глубоко и равномерно, не торопись.
Девочка слушалась.
Теперь он прижимал головкой ее язык, касаясь натянутой уздечкой мягкого нёба и открывая путь к гортани. И опять она захрипела и закашлялась, обильная слюна потекла по щекам. Фатих освободил ее рот, позволяя отдышаться.
– Сосредоточься! Это не просто, но возможно, – он не повышал голоса, стараясь не испугать девочку. – Продолжим! Дыши медленно!
Терпеливо, раз за разом, Повелитель возобновлял движения, давая ей возможность привыкнуть, подстроиться, справиться с рефлексами, но тем не менее проникая глубже и глубже.
И девочка справлялась! Ах, как старательно и восхитительно она справлялась!
Заключительный целенаправленный толчок, и он ощутил, как мягкие губы Арзу уперлись в пах: большой член полностью вошел в узкое пульсирующее горло. Он видел свою головку, плавно и ритмично скользящую под тонкой кожей шеи, слегка сжимаемую мелкими глотательными движениями необыкновенной ученицы. Колесо слабо поскрипывало в такт, добавляя пикантности упоительному, завораживающему действу. Это было просто невероятно! Фатих закрыл глаза и вновь рухнул в бездонную пропасть, наполняя семенем вожделенное юное тело.
Той ночью Фатих сделал первый неосознанный шаг к завоеванию любви своей богини, подарив ей длительный глубокий оргазм без боли и фиксации в благодарность за доставленное удовольствие.
Почти сразу он поднял колесо вверх, поспешно освобождая ноги и грудь Арзу от шелковых пут и зажимов. Развязал повязку на глазах, вытирая с багрового от натуги лица слезы, слюну и собственное семя. Изредка сглатывая натруженным болезненным горлом, она молча смотрела на него преданным взглядом издыхающей собаки, потратившей последние силы на выполнение команд своего хозяина. «Зачем она смотрит так?! Это просто невозможно вынести!»
– Молодец, детка! – нежно проговорил султан, не отводя взгляда от ее бездонных глаз и по одному разгибая скрюченные пальцы Арзу, все еще судорожно сжимавшие колесные спицы. – Какая же ты умница!
