Возвращаться в условный дом Юнги не желал, находя в нынешнем положении плюсы. Пригодились его знания, отступили искушения. Правда, в храме появился другой юный министрант. Он Юнги не нравился, сильно уж смазливый. Зато нравился кое-кому другому.
Впервые Вико Ринцивилло зашёл в храм, когда устал ждать своего мальчика снаружи. В двадцать лет он вёл себя несколько развязно, но выглядел потрясающе. По пути к алтарю лопнул парочку пузырей жвачки. Он подошёл к министранту, зажигающему свечи, сзади и приложился губами к шее. Тот выгнулся, шепча: «Тэхён, прекрати!». Видевший это со стороны Юнги обомлел и слился с колонной. Дальше - больше. Он стал свидетелем непотребства. Они целовались взасос, жарко, жадно. Некто Тэхён передал свою жвачку и, спросив: «Вкусно?», вдруг перевёл пьянящий взгляд на Юнги. Тот вздрогнул.
Никогда прежде не видел он таких бездонных глаз и привлекательных лиц, точно переснятых с картинки. Он напоминал образ великомученика, уставшего страдать и пославшего правила к чертям.
Так вышло, что они познакомились и сблизились. Вразрез первому впечатлению, Тэхён оказался деликатен и обходителен в общении, не по годам умён, хотя и отстранён, явно скрывая что-то, до чего Юнги не мог добраться вплоть до момента, когда сам вскрыл карты.
Тэхён увлёкся их разговорами, рассуждениями и приходил чаще, чем раньше. Тянущийся к смерти и высмеивающий человеческие слабости, Тэхён был Юнги непонятен. Он содержал в себе роковое и губительное, в то время как будущий священник силился от этого избавиться. Нечаянно узнав, что Тэхён состоит в мафии, Юнги резко прекратил встречи. Когда у первого уже возник к нему интерес. А то, что Тэхёну интересно, не остаётся вне его влияния. Он разузнал о Юнги всё, что хотел, запросто связал недавнюю перестрелку с именем пропавшего иностранца и предложил Юнги защиту.
— Дурачок ты. Катания принадлежит Ринцивилло, — заявил он, усмехнувшись. — А ты со своими ребятками попался в лапы обычной шушеры. Мы таких гоняем из раза в раз. Думаешь, почему тебя до сих пор не нашли? Будь это мы, ты бы тут и суток не провёл в живых.
Юнги не то чтобы верил, опасался, что это уловка. Но выбирать ему не приходилось. Тэхён охотно свёл его с Марко, а тот с теми, кто занимался оружием. И прежние дела… Возобновились, потекли лучше прежнего. Возможно потому, что Юнги, наученный горьким опытом, ушёл от идеологии ныряния в омут с головой и поставил себе новые железные рамки, выходить за которые ни за что не собирался. Он зарекомендовал себя, как лучший специалист, взамен получая безопасность.
Полтора года знакомства между ними с Тэхёном пребывала исключительно дружба. Святой отец со своими убеждениями и внушающей уважение историей жизни стал для Тэхёна неким столпом. Если Чимин считался братом младшим, то Юнги превратился в старшего и претендовал на равного. Они даже не вспомнят, с чего вспыхнуло плотское желание, как они потянулись друг к другу. Но оно накрыло абсолютом. И Юнги не винил себя, чувствуя, что хотел этого откровения и подкрепления веры в то, что никто не идеален.
Прекратилось и погасло всё так же быстро. Пронёсшийся тайфун не разверз пропасти, но убрал лишнее.
***
Возвращение глубокой ночью. Чимин действительно спал на его кровати, свернувшись в клубок и приобняв подушку. Тэхён осторожно накрыл его и, проведя пальцами по виску, откинул чёлку. Чимин во сне по-детски сладок, прикоснись - и пальцы в пастиле. Он невинен, восхитительно нежен.
Улыбнувшись, Тэхён оставил на его щеке лёгкий след поцелуя и, смыв с себя тяжёлый день, лёг в другой комнате. Когда Чимин будет чист и счастлив, когда на его теле и душе не останется ни одной раны, только тогда Тэхён сможет простить себя и обрести свободу.
Слышавший дыхание, ощущавший тепло рук, Чимин так хотел обнять его, попросить остаться, но мешал ком в глотке.
Горько почувствовать в воздухе запах алкоголя и фимиама, а потом не иметь возможности уснуть, жалея о том, что нельзя вернуться назад и, разбившись на том проклятом берегу, не говорить ему о чувствах, а отругать его и воззвать к совести. Переболев тогда, он бы не истязал себя теперь.
***
Задержанный преступник и двое его сообщников оказались сбежавшими из тюрьмы заключенными, приговорёнными к пожизненному. Беглые около трёх месяцев играли с полицией в прятки. Стало ясно, что не без чьего-то покровительства. Сбежать им помогла некая «организация», суть которой допрос (с применением силы) не раскрыл. Закинули удочку в тюрьму, где арестанты содержались прежде, но сдвигов пока нет. И Тэхён полагает, что вряд ли они что-нибудь нароют, учитывая поверхностность следствия. Тем более, зачем разбираться, если мальчик для битья найден. Некоторые жители даже подписывали петицию о требовании смертного приговора, несмотря на законодательный запрет.
