— Кто обо мне не говорит, тот пытается переманить, остальные - прикончить. Таков расклад, — улыбнулся Юнги, но быстро помрачнел, настроения у него не водилось с той минуты, как Тэхён доверил ему вникать в историю секты. — Всё думаешь об этом, да?
— А ты нет? — Тэхён опустился в кресло напротив и плеснул в стакан апельсинового сока, пригубил. Горечь. Тот бездыханный мальчик до сих пор портит вкус всякой еды. — У нас на острове лихорадка, святой отец.
— Точно, — Юнги нахмурился. — Зачем разбирать на кирпичики мафию, если не затем, чтобы лишить простой народ защитного кокона?
Откинувшись на спинку, Тэхён устало обвёл глазами позолоченную кайму на стеклянном столике.
— Знаешь, чем хороша географическая обособленность острова? При желании его можно превратить в автономную среду, утопию, что угодно.
— Независимую от материка, да, — задумчиво добавил Юнги. — Народ напуган, Тэхён. И не столько терактами, сколько неизвестностью.
— Не совсем так, — Тэхён подался вперёд. — Я знаю, какие тут люди. Не те, что живут на виллах и ебутся, пихая еврики шлюхам в трусы, щёлкая золотыми зубами. Нет. Я знаю людей, которые растут на улицах, питаются тем, что вырастили, носят то, что пошили. Нет ни одного сицилийца, который скажет тебе, что ему плевать на свой дом, будь он хоть сотни раз проклят. Веду к тому, что здешних напугать способна только неопределённость, угрожающая узам, крови. Завоеватели и преступники - не входят в когорту тех, кем можно запугать местных.
— Не спорю, ты-то знаешь не понаслышке, — незамедлительно согласился Юнги. — Но ладно. К чему отыгрываться исключительно на Катании? Если это не личные обиды и узконаправленные интересы, то мотивация организации мне непонятна.
— Я рад, что ты не приписываешь обвинений мне, — усмехнулся Тэхён.
— Ты неплох, но не пуп земли, — улыбнулся Юнги в ответ и переключился на тему, ради которой и пришёл. — Насчёт почитателей Баала. Сильная присказка, правдивый культ, но с переписанным напрочь содержанием - моё мнение. Я поговорил с детективами, на которых ты дал наводку. Много повисших дел о пропавших детишках. Где-то с конца девяностых активно исчезали тут и там, потом несколько лет тишины. И снова. Как колеблющийся график. Секта собирает коллекцию подростков, однако вербует взрослых. Особых новостей по этому поводу сообщить не могу, так как их нет. Вообще. И что эти ублюдки, по-твоему, норовят здесь построить?
— А что бы построил ты, будучи больным и имея в своих руках идола, власть?… Простор для творчества, правда? Здесь можно сделать курорт для душевно больных, извращенцев, педофилов и прочей швали. И ты сам знаешь, что такие найдутся в прослойке элиты любой страны.
— Дополнительная услуга… В общем-то, сходится с моей догадкой, что у этого «курорта» хорошая крыша.
— И не просто хорошая, — Тэхён поводил пальцем по влажной грани стакана. — Подобную свободу действий не получить за просто так, смекаешь? Не выгодно крышевать такую мразь, если она не даёт что-то взамен, и что-то крупное. Скорее всего, они держат наркотрафик и имеют какой-нибудь синдикат за морем, не важно где. В любом случае, тут каждому достаётся пряников. Но не нам. И я подозреваю, что из-за моего происхождения. Есть резон связаться с Марко? Думаю, что пора бы. Кроме того, они наверняка имеют кладезь полезной информации и могут подкопать под любого. Круче полиции, крепче чинушей… И Сицилия нужна им, как убежище и приют.
Выходит, от Стидды - одно название. Отрицать очевидное Юнги не посмел. Тэхён рассуждал здраво. Невнятной оставалась именно его роль, бывшей жертвы, возможно, единственного выжившего. Если бы он так мешал крупной организации - убрать его не составляло бы труда при любой степени охраны, поразить шальной пулей в конце концов. Но нет же, издевательство за издевательством, проверка на прочность. И если Тэхён не мешает, то с точностью до наоборот - нужен. Он может что-то знать или помнить, а может быть…
— А как тебе такая идейка, — продолжал Тэхён, — Армандо хотел добыть компромат и мог заполучить его в Монтелепре посредством Эмилио? Скажем, видеозапись с того… обряда. Или ещё какая-нибудь важная штука.
— Кажется, ты забываешь, что я священник, а не следователь, — горестно заметил Юнги, покачав в руке крестик. — Но всё возможно. И если так, эта улика должна быть весомой среди многих других. Что возвращает нас к поискам этого засранца. Одного не пойму - с чего он вдруг взбунтовался? Как будто не знал, на что подписывался.
— Может и не знал до поры, до времени, — Тэхён явно смягчился по отношению к Армандо. — Что ж, продолжим поиски и будем надеяться, что он ещё окажет нам услугу быть живым.
Перед тем, как покинуть босса, Юнги замялся.
— Кстати… — и пожевал губы, прежде чем высказаться. — Я бы советовал присмотреться к Гаспару.
Брови Тэхёна едва не сошлись на переносице.
— Он его брат, — сурово отмёл предположение он.
— А человек человеку - волк, — напомнил Юнги. — Карлос такой смерти не заслуживал и не подпустил бы того, кого не знает лично. И датчик установили только на его телефон. Подумай над этим на досуге.
