Курс обучения, позаимствованный у хеттов и дополненный для верховых лошадей, длится сто восемьдесят четыре дня. Первые четыре — проверка коня по всем параметрам. Если не имеет изъянов, начинается шестимесячный курс. На каждый день расписаны особые задания, которые подобраны так, чтобы нагрузка повышалась постепенно. Цель — получить знающего команды, выносливого жеребца, способного за сутки преодолеть около ста пятидесяти километров в двуконной колесничной запряжке или около ста с всадником.
Раньше мои деловые партнеры сами содержали инструкторов и продавали в Каркемише уже подготовленных жеребцов. Тамошний мушаркишу был рад им, потому что оформлял, как взятых на обучение, и клал в карман сэкономленные средства.
— Надо же, а мы ему отдавали по десять шиклу за то, что купил у нас лошадь! — огорченно признался сидевший напротив меня пожилой хетт по имени Никриуп.
— Больше такого не будет. Мне чужие деньги ни к чему, — сообщил я, постеснявшись добавить, что мне награбленного хватает.
— А как ты добился такого назначения? — полюбопытствовал хозяин постоялого двора.
— Два года назад я подсказал Синаххерибу, который командовал армией во время войны в провинции Куммухи, как лучше победить. Он не забыл и отблагодарил, — выдал я легенду, придуманную по пути из Ниневии.
— Да, повезло тебе! — произнес Хантиль.
Остальные покивали, соглашаясь с ним. У правителей редко бывает хорошая память. В общем-то, они правы. Синаххериб наверняка забыл бы за два года какого-то там добровольца, благодаря которому быстро одержал победу.
— До нас дошли слухи, что у тебя на пастбище новый жеребец, очень хороший, — сказал Никриуп.
— Приобрел по случаю. Догадался, что его украли у кого-то очень важного, потому что бедняку такой не по карману, вот и не привлекал к нему внимания, — соврал я. — Теперь сам важный чиновник, можно никого не опасаться.
— Пусть покроет наших кобылиц, свежую кровь вольет, мы заплатим, — предложил он.
— Я не против. На днях съезжу на пастбище, предупрежу пастухов, чтобы жеребец обслуживал ваших кобыл, — согласился я и добавил с улыбкой: — Подозреваю, что они это делают и без моего ведома.
Мне не жалко. Пусть эти деньги будут для них премиальными. Главное, чтобы мой табун был в сохранности.
22
Сразу по возвращении из Ниневии я продал жеребца, на котором ездил туда. Буцефал его не переваривал. Стоило мне проглядеть, как чуть не забил соперника — загнал в угол и начал лягать задними копытами по ребрам. Я вовремя оттащил его. Продал за те же деньги, что и купил. В хозяйстве нужно было какое-нибудь вьючное животное, поэтому приобрел молодую ослиху. Буцефал отнесся к ней благосклонно. Более того, по весне покрыл, так сказать, не глядя. Она была намного ниже кобыл, поэтому жеребец долго не мог попасть, пока не подсобил Какия. Влагалище тоже было меньшего размера, поэтому при каждом поступательном движении ослиха протяжно пердела. От удовольствия, наверное.
Выполненное задание навело меня на мысль, что надо изготовить арбалет. Он удобнее для стрельбы из укрытия, не виден стрелок и можно долго ждать с натянутой тетивой, чтобы выстрелить в нужный, порой короткий момент. В Малой Азии еще попадается железо со сравнительно высоким содержанием хрома и никеля, из которого получается упругая рессорная сталь. Я подогнал местному кузнецу такое, подсказал ему, как надо обработать. В итоге заимел тугой, пружинистый лук для арбалета и рычаг типа «козья нога», но теперь зацеплял не за петлю впереди, а за выступающие стальные штыри по бокам ложа позади пускового механизма, который мне отлили из бронзы. Затем заказал для него по десять болтов с железными бронебойными наконечниками, чтобы не соскальзывали с металлической чешуи нынешних доспехов, шиловидными против кольчуг, до которых еще не додумались, и листовидными. Последние наносят более тяжелые раны, если жертва без брони. Пока не знаю, по кому придется стрелять, поэтому пусть будут болты трех видов.
В этом году хорошенько удобрил поля навозом после сбора кунжута, урожай которого был слабеньким в сравнении с теми, что выращивал в Гуабе. Зато длинные корни хорошо взрыхлили почву. Посеял пшеницу. Соседи на этот раз не последовали моему примеру, выбрали ячмень. И опять не угадали, потому что в холодное время года часто шли дожди и выпадал снег, причем один раз лег толстым слоем, который дотаял только на третий день. Почва хорошо пропиталась влагой и, когда потеплело, всходы резво пошли в рост. Как результат, я собрал по четырнадцать с половиной центнеров с гектара. Впрочем, и у соседей ячмень получился неплохой, в среднем около девяти, что для этих мест сейчас считается отличным результатом.
