– Как же я могла тебя не спасти, – пробормотала я, с трудом проглатывая образовавшийся в горле ком. – В тот момент я даже не думала, что мы в ссоре. Мне жаль, что я нарушила твою мечту стать помощником сильного колдуна, Верховод. Я к этому не стремилась.
– Кра! – ворон выпрямился, ехидно сверкая бусинами глаз. – Я пор-р-размыслил. Так даже лучше. Вер-р-рховод – отличное имя. Гор-р-рдое! Быть твоим фамильяр-р-ром на самом деле выгоднее. С меня за неудачу Илгр-ра шкур-р-ру бы спустил вместе с пер-рьями, а ты добр-р-рая. Ты так не сделаешь. И отпускать вр-ремя от вр-ремени будешь. У Ил-г-р-ры же одни дела на уме. А еще он тебя любит. Значит, не пр-рогонит меня больше! Из-за тебя.
Вот опять. Только сердце успокоилось! Некстати подумалось, что о любви между мной и Илгрой этой ночью не было сказано ни слова. О ревности было, хотя Иелграин не то чтобы согласился. Просто не опроверг. А вот чтобы словами признался: «Я люблю тебя», – такого не было.
– Он не влюбился, – прошептала тихо.
– Ты просто не в курсе, как он обходился с другими ассистентками, – хмыкнул Дукос, который за это время успел вернуть себе нормальный цвет и настроение.
– И как же? Заколдовывал? Ставил на них опыты? Отправлял за грань?
Сказать «убивал» язык не поворачивался. Но после увиденного и услышанного в кантоне я уже ничему не удивлюсь. Колдуны – особая каста со своими законами и нормами морали. К тому же не просто так Иелграина уважают и побаиваются свои же. Тот беловолосый некромант сказал, что он из ордена Черных Заклинателей. Надо бы выспросить, что это значит. Подобными эпитетами просто так не награждали.
– Что ты! – возмутился Дукос. – Сами сбегали. Но с ними Илгра был особенно невыносим. Он может. Почему с тобой возится, мы долго гадали.
– Зачем тогда ассистенток набирал, объявления развешивал? – возмутилась я.
– Он все надеялся, что отзовутся парни. А заявлялись в основном девицы. Многие… кхм… Не такие, как ты. Для другой работы.
Сердце кольнуло. Если являлись такие, то я рада, что ничего у Иелграина не вышло с поисками.
– Эй, не злись. Вокруг тебя черный туман появился, как у Илгры, – опасливо окликнул меня Дукос.
Я обнаружила, что стою, сжимая кулаки, едва не скрежеща зубами, а перед глазами плывет серая хмарь. Усилием воли заставила себя успокоиться.
– Др-р-рапали так, что пятки свер-р-ркали! – пролил бальзам на душу Верховод. – Илгр-ра не-тер-р-рпим к женщинам.
– Нормальных он тоже доводил. Пару раз являлись парни, как он и хотел. Но один взбрыкнул, когда Хозяин заставил его перемывать котел. А другой грохнулся в обморок, узрев боевую ипостась колдуна.
Отрадно слышать! На радостях я решила лечь спать, но сон не шел. Я снова крутилась в постели, переваривая услышанное. Думала о том, куда мог податься Иелграин. Когда в дверь постучали, даже обрадовалась. Но, наученная горьким опытом, я открыла не сразу. Только после того, как Дукос просочился сквозь стену, посмотрел, кто явился, и оповестил об этом меня. Впрочем, удивление от знания меньше не стало. А когда я открыла, то поразилась еще больше.
– Темной ночи, Соана, – смущаясь, проговорил беловолосый некромант, терзая в руках роскошный букет темно-фиолетовых цветов, сердцевинки которых светились изнутри ярким пламенем. – После того, как ты ушла с бала, прошло не так много времени. Я подумал, ты еще не успела уснуть. И решил воспользоваться твоим щедрым приглашением. Вот, – он протянул мне букет, – это тебе.
Дивные цветы увесисто легли в руки, покачивая светящимися головками.
– Какое чудо! – вырвалось невольно.
– А… Да. Позволишь войти?
Я посторонилась, пропуская некроманта. Проходя мимо, он деликатно потянул носом, что меня несколько отрезвило.
– Тессарион, почему вы все меня нюхаете? – спросила напрямик, закрывая за гостем дверь.
Чувствовала я себя в безопасности. Не то что во время визита Фэттиана и его прихвостней. К тому же со мной Дукос, ворон, аекки. Глубокая ночь – их время. Если что, то Тессарион сам пришел. Но я действительно не чувствовала от него угрозы, несмотря на то, что юноша являлся некромантом.
– Ты пахнешь непонятной магией, – честно ответил парень. – Вроде бы темная, как у нас всех. Но в то же время другая. Ну еще и…
Он покраснел. Даже гадать не буду, что он там учуял.
– Спасибо за прекрасные цветы, – торопливо перебила его. – Никогда таких не видела.
– Этот сорт очень редкий, его вывели в кантоне.
Некромант достал из кармана кристалл, встал со мной рядом, и его зеленые глаза весело сверкнули.
– Улыбнись, Соана!
Он подержал кристалл перед нами, фиксируя изображение, а затем отдал его мне.
– На память. Собственно, эти цветы не совсем от меня. – Смутившись, он запустил пятерню в волосы и взъерошил белоснежную гриву. – Это из оранжереи отца. А также вот.
Из другого кармана появилась записка. Настроение стремительно упало. В душе родился порыв выставить букет за порог. Мало ли что глава кантона на него наворожил.
