другим. Летчики поднимались в воздух по три-четыре раза в день. И каждый из боев носил
ожесточенный характер.
3 декабря выдался небольшой морозец. Узкий, заключенный между двумя лесными опушками, полевой
аэродром отсвечивал белизной. С утра над лесом висела прозрачная синеватая дымка. Но потом
проглянуло солнце, и дымка рассеялась. Выпавший накануне снег лежал вокруг толстым пушистым
ковром. Лишь взлетно-посадочная полоса, расчищенная и обозначенная хвойными ветками, да тропинки, ведущие от землянки к землянке, свидетельствовали о том, что здесь живут люди.
Собравшись у командного пункта эскадрильи, летчики прислушивались к близкому гулу канонады и по
их лицам, нетерпеливым движениям, по коротким, но острым взглядам вверх, можно было догадаться, что им не терпится пойти на своих ЯКах туда, где сейчас грохочет бой.
Со стороны командного пункта полка показался помощник начальника штаба Колеганов. Он подбежал к
летчикам и передал приказ: «Над Великими Луками бомбардировщики врага. Уничтожить!»
И вот уже четверка ЯКов, во главе с Семеновым, в воздухе. Она с ходу вступила в бой с двумя
вражескими самолетами. Из этого боя живым ушел только [49] один фашист. Второй упал восточнее
населенного пункта Владимировка.
В этот день бои следовали один за другим. Летчики 653-го истребительного авиационного полка
уверенно прикрывали наземные войска, среди которых действовал и Эстонский национальный
стрелковый корпус Красной Армии. Пехотинцы и танкисты, артиллеристы и минометчики громили врага
на земле, рвались к Великим Лукам.
Днем, около 15 часов, группа Г. Кудленко в районе Великих Лук на высоте 1000 метров заметила
фашистский корректировщик ФВ-189. После четырех атак «раму» сбили. Затем летчики набрали высоту
3500 метров и вступили в бой с тремя ХЕ-111. Шесть яростных атак — и еще один вражеский самолет, оставляя за собой шлейф черного дыма, упал вниз.
Наиболее ярким в тот день был бой у заместителя командира полка по политчасти майора Г. Прокофьева.
Ему приказали прикрыть с воздуха армейский узел связи. Патрулируя в заданном районе во главе
пятерки ЯК-1, он зорко следил за воздушной обстановкой. Около пятнадцати часов показались четыре
МЕ-109 и с ходу атаковали пару Прокофьева. Самолет Лебедевой, которая была у него ведомой, оказался
поврежденным, и она со снижением ушла в сторону своего аэродрома.
Прокофьев остался один. Фрицы набросились на его самолет, поливая свинцовым огнем. Но Прокофьев
не только умело уходил из-под удара. Он сам атаковал. После очередного маневра в прицеле оказался
вражеский самолет. Короткая очередь, и «мессер» задымил.
Обозленные потерей своего самолета, фашисты вновь бросились в атаку, теперь уже с разных сторон.
Уходя от прицельного огня левого истребителя, замполит резко разворачивает самолет и идет в лобовую
атаку. Гитлеровский летчик не выдерживает и ныряет вниз.
Из этого трудного боя победителем выходит советский летчик. Фашисты вынуждены были отказаться от
дальнейшей борьбы, когда увидели, что еще один «мессер» оказался подбитым.
День подходил к концу. Погода ухудшилась, начал сыпать снег.
Последняя группа ЯКов возвратилась на аэродром. [50]
Летчики, взволнованные и усталые, оживленно обменивались впечатлениями о только что проведенном
бое.
— Жаркий сегодня выдался денек.
— Да, поработать пришлось. Но зато радостно сознавать, что здорово поколотили фрицев.
Молодые летчики почувствовали, что за этот день они стали на голову выше.
Технический состав тут же приступил к обслуживанию заруливших самолетов. Латались мелкие
пробоины, заправлялись горючим, укладывался боекомплект.
А вечером в полк поступила телеграмма из штаба 3-й воздушной армии. Генерал-майор авиации Громов
высоко оценил действия летчиков полка в тот день.
3 декабря 1943 года можно считать переломным днем в боевой деятельности полка: закончился период
ученичества, наступил период боевой зрелости.
А ведь совсем недавно было по-другому. Помнится, летчики первой эскадрильи прикрывали наземные
войска. В воздухе было спокойно.
И вдруг появилась «рама». Командир приказал старшему лейтенанту А. Головину уничтожить самолет.
Последовала одна атака за другой, и все безрезультатно. Фашистский летчик умело маневрировал и
уходил от прицельного огня.
И тут без команды повел в атаку свое звено старший лейтенант М. Лебедев. Теперь уже шесть ЯКов
гонялись за «рамой». Каждый обязательно хотел сбить фашиста и каждый мешал друг другу.
В конце концов летчики вынуждены были отказаться от дальнейших атак, так как горючего в баках
осталось немного — только для того, чтобы возвратиться на свой аэродром.
С каждым боем мужали летчики полка, росло их мастерство, боевая выучка. Рос и счет сбитых
самолетов.
Окрыленные первыми победами, летчики рвались в бой. Доносившаяся с переднего края канонада звала
и волновала.
Но погоды нет. Облачность слоистая, достигает 10 баллов. Высота 50—150 метров, видимость 200—300
метров. В течение всего декабря выдалось лишь пять летных дней. [51]
6 декабря была уничтожена «рама»: фронтовики знают, как наши наземные войска ненавидели ее.
