Устинов поздоровался, сел за стол напротив.
— Ну, и каким ветром к нам занесло генеральского помощника? — в шутливой манере поинтересовался Стерехов.
Устинов протянул коллеге тетрадный листок.
— Дмитрий Владленович Амельченко, Кубанова Альбина Федоровна, Ковалева Нина Павловна, — вслух прочёл Стерехов. — И что?
— Они все работают на химзаводе, — сказал Устинов. — Мне нужно знать о них всё по максимуму, Алексей Алексеевич, и очень срочно. Анкетные данные не нужны.
— Срочно? — поднял брови подполковник. — Максимум, послезавтра. Не раньше. Даже если я сейчас всё брошу, всё равно раньше не получится.
— Хорошо, — согласился Устинов. — Но послезавтра крайний срок. Потом мне снимут голову. Зверкову позвонить, чтобы обеспечил тебе «зеленую улицу»?
Полковник Зверков был начальником шестого отдела. «Зеленая улица» означала санкцию на проведение любых мероприятий для достижения нужного результата. В рамках закона, разумеется.
— Какой ты авторитетный, — иронично хмыкнул Стерехов. — Прям отец-командир…
И спросил:
— От шефа поручение?
— От него, — кивнул Денис.
— Ладно, сделаю как смогу, — пообещал Алексей Алексеевич. — Не ходи к Зверкову. Не надо.
— Держи! — Стерехов протянул Устинову два машинописных листа. — Всё, что удалось надыбать.
Денис взял листы, сунул их, не читая, в папку.
— А что туда не вошло? — спросил он.
— Что? — хмыкнул Алексей Алексеевич. — Говорят, что Кубанова родственница замначальника УВД, что её любовник сын Ковалёвой, а ему всего 16 лет. Кроме того, Дмитрий Амельченко якобы приревновал Кубанову к любовнику и пытался её зарезать, но только попортил одежду. Папаша, директор магазина «Океан», сам понимаешь, фигура, всё в милиции уладил. А Кубанова, как говорят на заводе, еще та профура. Только уж сильно разборчивая. С простыми парнями любовь не крутит. Ей богатых подавай. Любовница директора завода, за что и получила квартиру. А еще шепнули, что она вроде как ведьма.
— Ага, — усмехнулся Денис. — Баба Яга.
— Да нет, — Стерехов покачал головой. — Совсем не Баба Яга, а очень даже красивая девица. Но себе на уме. Вчера я специально ходил на завод, всех посмотрел. Прямо-таки куколка, Мерилин Монро с Любовь Орловой вместе взятые. А Ковалева Нин Пална тоже баба ничего. Вроде как под сороковник, а выглядит чуть ли не моложе этой Кубановой. Кстати, с некоторых пор они подруги.
Стерехов развел руками.
— Если это всё написать, впору уголовные дела возбуждать, — заметил он. — Так что вот так… Только в устном порядке.
— Спасибо, Алексей Алексеевич! — с чувством сказал Денис, пожимая руку старому оперативнику. — Выручил.
— И еще, — вдруг сказал Стерехов. — будешь начальству докладывать. Про меня не говори. Ладно? А то потом нытья от Зверкова не оберешься: почему я не знаю, почему без меня, без моей санкции?
— Как скажешь, Алексей Алексеевич!
У себя в кабинете он прочёл, что ему наваял Стерехов аж на двух листах.
«Дмитрий Владленович Амельченко. Инженер. Образование высшее, поступил на завод после окончания политехнического института по протекции своего отца директора магазина „Океан“. Пытался ухаживать за своей соседкой по кабинету Кубановой Альбиной Федоровной….»
Дальше шли характеризующие данные на этого самого Амельченко. Потом было про Кубанову, начиная с института и заканчивая последними слухами, кроме молодого любовника и конфликта с Амельченко.
Дальше целый лист был посвящен Ковалевой Нине Павловне. Ушлый Стерехов умудрился «вытащить» информацию и про развод, про конфликт с участковым в поселке Химик, разборки с цыганами, про двух недавних любовников, одним из которых был Спиридонов, он же Рыков. Про брата, насквозь засекреченного офицера Генерального штаба. Устинов с удивлением узнал про недавно приобретенный домик в деревне. Только вот адрес установить не удалось.
Картина постепенно прояснилась, мозаика складывалась. Только вот до конца непонятно было сам Ковалев убил Амельченко-старшего или так сложились обстоятельства? То, что он приложил руку к тому, что Амельченко-младший попал в дурдом, Устинов ни капли не сомневался.
Тем не менее, докладывать Киструссу о своих выводах он не спешил.
Глава 38.
Последствия? Никаких!
Что Альбину задело сильнее: то, что я ушел от неё для Светкиного лечения или то, что не пришел извиняться, я даже гадать не стал.
И вернувшаяся к ужину maman удивилась отсутствию Альбины дома поздно вечером.
— Что с ней случилось? — она попыталась узнать у меня. — Она ж дома не ночевала! И сейчас её нет!
— Может, к подругам уехала, — отмахнулся я, опять поймав себя на мысли, что во мне растет чувство равнодушия к моей бывшей подруге. Бывшей? Уже бывшей? Это чувство начало во мне появляться, после того, как я наложил на себя конструкт защиты Разума. Стало быть, воздействовала на меня ведьма? Интересно, приворот или психологическим путем, так сказать обольщением?
Альбина не зашла к нам за весь день воскресенья. Maman не выдержала, выбрав время ближе к вечеру, она направилась к ней. Через пару минут вернулась, удивленно пожимая плечами.
