— Это значит — плохо? — не понял Саартан.
— Это значит, что я помираю с голоду, а кусок в глотку не лезет! — Михей застонал и схватился лапами за голову. — Я отдал твоему брательнику почти все силы.
— Как ты его вообще заставил пойти за мной?
— Я не заставлял…
— Он мне угрожал, — Райнтраан вышел из купальни, ковыряя когтем в ухе.
— Кто, я?! — возмутился Михей, мгновенно оживая. — Да я всего-то спел ему пару частушек!
— С десяток!
— Это там припев такой длинный был!
— У меня чуть мозг не вскипел!
— Да было бы там чему кипеть-то! Ишь, раскудахтался!..
Саартан недоверчиво переводил взгляд с одного на другого. Лис и дракон бранились, но абсолютно беззлобно и даже с каким-то весёлым азартом. «А ведь меня не было дома чуть больше суток!», — подумал Хранитель. — «Когда эти двое спелись? У Миха какая-то сверхспособность очаровывать своей болтливостью!».
Словесная перепалка плавно перетекла в ужин. Два дракона и лис с наслаждением жевали мясо: Саартан с Михеем жареного барашка, а Райнтраан — свежего сырого моргорога. А снаружи к ночи снова разыгралась метель, ветер завывал в отдушинах, дышал сквозняком на тлеющие угли в жаровне, смахивал снег с круглого окна в потолке, сквозь которого на троицу глядела жёлтым глазом полная луна.
Михей откопал из-под снега какие-то травки и сейчас деловито растирал их камнем.
— Воняет, как будто у нас кто-то сдох, — проворчал Райнтраан, хмуро наблюдая за действиями лиса.
— Перетерпишь! — хмыкнул Михей. — Зато крыло быстрее заживёт. Я обещал помочь — я помогаю. Тебе бы всё жаловаться!
Он разложил серо-зелёную кашицу на пергаменте, размазал тонким слоем. Начертил в углах какие-то знаки, что-то пошептал.
— Всё, давай растянем твоё крылышко, — кивнул он дракону.
Райнтраан с сомнением покосился на пергамент.
— Давай, давай! — поторопил его Михей. — Пока всё свежее. Как маленький прям!
Райнтраан с усилием оттопырил непослушное крыло.
— Сильнее, — скомандовал Михей. — Положи его на стол, а сам отойди, чтобы плечо встало на место.
Райнтраан неуклюже закинул крыло на столешницу, потянул, заскрипев зубами от боли.
— Я смотрю, ты не горишь желанием летать! Ну! — подбодрил его Михей. — Не вижу энтузиазма!
— Я тебе голову откушу! — зарычал Райнтраан и опустился на пол.
В плече что-то громко хрустнуло, крыло раскрылось, а Райнтраан зашипел, уткнувшись подбородком себе в грудь. Михей схватил пергамент, взлетел с ним над драконом и принялся накладывать бумагу на больное место.
— Готово! — он отлетел в сторону и оглядел свою работу. — Надо теперь свернуть и подвязать.
Райнтраан помедлил, поднялся и, постанывая, в несколько приёмов сложил крыло, уперев его в столешницу. Михей примотал крыло к телу, затянул, насколько хватило сил.
— Потом Саа подправит, — сказал он. — А пока и так сойдёт. Надеюсь, компресс поможет. Кожа у тебя толстая больно, да ещё чешуя эта… Я усилил немного эффект, но всё равно переживаю. Для надёжности я тебе ещё отвар сделаю.
— Н-не н-надо отвар!
— Надо, надо! Там только толчёная скорлупа, хрящики и…
— У-у-у! Замолчи!
— Да, ты прав. Лучше тебе не знать, что там ещё.
Лис хитро улыбнулся. Он уселся на пол, склонил набок голову, разглядывая дракона.
— Саартан доверчивый, — тихо проговорил Михей, посерьезнев. — Он верит, что со временем ты примешь его как брата. И то, что ты отправился за ним в горы, только усилило его веру. Но ведь ты не примешь, так?
Райнтраан промолчал. Он облокотился на столешницу и прикрыл веки.
— Может, зря я тут с тобой вожусь? — Михей склонил голову на другой бок, шевельнув ушами. — Безобидный Райчик куда приятнее того крутого парня, что задирает тех, кто слабее и мельче его. Ты же и так большой и сильный, зачем каждый раз кому-то это доказывать?
— С Сартом у нас личные счёты! — раздражённо отозвался Райнтраан.
— А Саа в курсе, то ты ведёшь счёт? Он ведь родиться не успел, а ты уже заклеймил его убийцей.
— Я ждал брата, слышишь ты?! — Райнтраан открыл глаза и повернулся к лису. — Радовался, как когда-то радовался Дафтраану! А получил двуногого… двуногую… Как вы там себя называли?!
— Людьми. Саа — человек.
— Человека в драконьей шкуре! Он высосал из матери все силы, а сейчас повторил то же со мной. Это существо я должен принять, как брата, а? Лис?
— В другой жизни он, да, — человек. Но в этой Саартан — плоть от плоти Панайры и твоей матери. Он твой брат, хочешь ты того или нет. И он не виноват, что родился не таким, каким был нужен тебе!
— Да плевать мне, в чём он там виноват! По его милости я останусь калекой на всю свою жизнь! Откуда вы вообще взялись в нашем мире?! Что вам надо?!
— Успокойся. Я объясню, но давай не будем накалять обстановку?
По мере разговора Райнтраан, сам того не замечая, наступал на лиса, а тот в свою очередь отступал назад, пока не упёрся хвостом в стену. Последний вопрос дракон задал Михею прямо в узкую мордочку, обдав горячим дыханием. Михей вжался в стену и прижал уши.
— Отойди, пожалуйста, — попросил Михей. — Мне как-то неуютно смотреть на твои огромные зубы перед моим носом.
