Теперь Михей пожал плечами.
— Во всех легендах есть доля правды. Может быть, наша олень-баба и есть тот рогатик, которого загнал волк. А знаешь, что самое интересное, Саа?
— Что?
— Если появился легендарный олень — жди появление и волка. Надеюсь, твой первый Хранитель всё же убил его.
Саартан ушёл, а Михей остался домывать Зеркало. Закончив работу, он отступил на несколько шагов и полюбовался своим трудом. Оправа Зеркала блестела, как новая. Удовлетворённо кивнув, Михей взобрался на груду одеял, улёгся на живот, подперев голову лапами.
— Ворон влетает в тебя и вылетает обратно, — пробормотал он, задумчиво разглядывая Зеркало. — Значит, по ту сторону что-то есть… Зазеркалье? И почему ворон живёт всего три дня? Или это выдумки? А если и живёт, то почему так мало? Фантом? Отражение? Тогда куда девается настоящая птица?
Лис перевернулся на спину, поджал лапы и свесил голову с края груды одеял.
— А если дать тебе не ворона, а например кошку или собаку? То что? Или, скажем, я запущу в тебя камнем…
Зеркало невозмутимо мерцало. Михей полежал, подумал. Скатился с одеял. Побегал вокруг, нюхая пол. Убежал из зала. Вернулся с целой охапкой камней разного размера.
— Я начну с самых маленьких, — предупредил он. — Если по ту сторону кого-то случайно задену — заранее извиняюсь, я, чеслово, не специально! Это вся ради науки.
Он разложил камни на полу в порядке возрастания. Взял самый крайний, самый маленький камешек. Прицелился.
— Объявляю начало эксперимента! Кто не спрятался — я не виноват. Пуляние камушка, дубль первый. На счёт три. Раз! Два! Три!
И Михей несильно запустил камешек в Зеркало, зажмурившись одним глазом. Камешек чиркнул по стеклу и отскочил. Михей с громким «хм-м!» потрогал подбородок лапой, изображая из себя учёного мужа. Он поднял камешек побольше.
— Пуляние камушка, дубль два! Раз! Два! Три!
Второй камень тоже отлетел от стекла, даже не оцарапав его. Михей снова издал глубокомысленное «хм-м!».
— Может, нужно какое-то заклинание? Что-то вроде «сим-сим, откройся»? Как же Саарташа будет своего ворона в тебя пихать, он ведь тоже ни черта не знает? О! Уважаемое Зеркало, пошли весть Саарташиной семье, что можно возвращаться! Пусть этот камушек летит ровно три дня и передаст сообщение лично Дафтраанчику в лоб!
Михей снова запустил камнем в Зеркало. И третий камень полетел назад, на пол. «Хм-м!» сменилось «хм, хм-м, нда-а…».
— Слушай, Зеркало! Не вежливо вот так вот игнорировать жаждущих полноценного диалога волшебных лисов! Весть-то драконам так и так надо как-то передавать. Ты мне покажи, как это сделать. А я потом всё Саартану объясню. Лады?
Зеркало всё так же мерцало ровно и не отвечало. Разозлившись, Михей запустил оставшиеся камни длинной очередью, один за другим. Все они отскочили назад, а один, особо крупный, угодил лису в нос. Лис заверещал, повалился на пол, зажимая мордочку лапами. Но тут же вскочил, яростно стегнул себя по бокам хвостом.
— Ах, вот ты как?! — возмутился Михей и уставился на всплывшее собственное отражение в Зеркале.
Рыжий мальчишка стоял на полусогнутых ногах, напряжённый, будто готовился к драке: кулаки сжаты и подняты, лицо перекошено, из носа течёт кровь.
— Ох, ты ж! Ну и видок у меня!
Михей встряхнулся и уселся на пол. Мальчик расслабился, но остался стоять.
— Не понял, — Михей растерянно склонил голову набок.
Мальчик не двигался.
— Это ещё что?! — Михей вскочил, подошёл ближе к Зеркалу. — Изображение зависло? Где тут кнопка перезагрузки, а?
Мальчишка усмехнулся и показал ему язык. Скрестил руки на груди и глянул с вызовом.
— Так ты — это я? Или чего? Я запутался!
Лис озадаченно раздвинул уши в стороны. Мальчишка подмигнул ему, кувыркнулся с места назад через голову и стал… лисом. Белым, зеленоглазым — ну точь-в-точь Михей! Михей, настоящий, по эту сторону стекла, попятился.
— Да ладно?!
Отражение-лис кувыркнулся снова и опять стал мальчиком. Он присел на корточки, призывно кивнул Михею.
— Предлагаешь мне твоё сальто повторить? — уши лиса встали торчком, кончик хвоста начал мелко подрагивать от возбуждения.
Мальчик кивнул.
— О, да ты меня слышишь! И понимаешь, что самое удивительное! Не многим это дано, да… Ладушки, давай попробуем повторить твой фокус. Эксперимент второй: смертельно опасное сальто-мортале в исполнении далеко не бессмертного лиса по имени Михей! На раз, два, три!
Лис прыгнул, выгнувшись назад… и приземлился аккурат на ушибленный камнем нос! Пещеру огласил такой вопль боли и досады, что дрогнули древние стены. Мальчик в зеркале беззвучно засмеялся, держась за живот. А Михей покатился по полу, тоненько завывая.
Когда рассеялись сверкающие мушки перед глазами, а боль немного утихла, Михей отнял лапы от морды, шмыгнул разбитым носом и поднялся. Он мрачно глянул на улыбающегося мальчишку. У того весь подбородок был в крови, алые капли падали на белоснежную курточку и растекались пятнами.
— Чего скалишься? — язвительно осведомился Михей. — Сам выглядишь не лучше. Хрен ты потом кровь со своей пижонской шубки отстираешь!
