Охота германских авиаторов на русские самолеты-гиганты продолжается.
1 мая — «Муромца», который под командованием А.В. Панкратьева выполнял боевое задание, атаковали 2 «Фок-кера», один из нападавших был сбит. «ИМ» на трех моторах дотянул до своего аэродрома. В бою были смертельно ранен военный летчик офицер Ушаков и тяжело ранен военный летчик поручик Федотов.
9 мая — Состоялся один из боевых вылетов «ИМ-10», который заслуживает специального упоминания. Этим воздушным судном командовал лейтенант А.М. Констенчик. Констенчик и его экипаж получили приказ уничтожить огромную железнодорожную станцию Даудзеваса. Эта станция была расположена неподалеку от Фридрихштадта и «ИМ-10» бомбил этот важный железнодорожный узел ранее. Во время этих вылетов бомбы, сброшенные с «ИМ-10» вызвали ряд пожаров во вражеских складах.
Сей iac, получив приказ уничтожить Даудзевас, «ИМ-10» должен был атаковать укрепленные немецкие позиции, защищенные сильными зенитными батареями. Во время этой атаки, на втором заходе, «ИМ-10» напоролся на интенсивный зенитный огонь, однако, продолжая полет на высоте 2400 м, сбросил 13 бомб. Лейтенант Констенчик получил ранение шрапнелью. Упав с пилотского кресла, раненый командир потянул штурвал на себя, вынудив воздушное судно подняться вверх. Гигант потерял скорость, затем стал круто пикировать. Немцы с большим воодушевлением наблюдали за падением огромного самолета, но их ликование оказалось преждевременным. Во время пикирования, военный пилот Янковиус смог добраться до пилотского кресла и с большим трудом стабилизировал машину на высоте 1500 м. Это была нелегкая задача, поскольку «ИМ-10» оказался серьезно поврежденным, получив попадания сразу в три двигателя.
Во время обратного полета нужно было пролететь 26 км над вражеской территорией и 40 км над своей. В момент перелета линии фронта «ИМ-10» находился на высоте 1000 м. Лейтенант Янковиус посадил самолет на аэродром Зегевольде, во время посадки были повреждены стойки правого крыла, и правое крыло почти полностью отвалилось от фюзеляжа. Кроме поврежденных двигателей «ИМ-10» получил семьдесят пулевых пробоин.
Кроме лейтенанта Констенчика были ранены и другие члены экипажа: лейтенант Г.Н. Шнеур, артиллерийский офицер был ранен в руки, когда работал с фотокамерой, разбитой в этот момент шрапнелью. Заместитель командира лейтенант Янковиус также был ранен. Вместе с добровольцем Касаткиным, Янковиус во время полета перевязал раны лейтенанта Констенчика.
Во время свирепого зенитного огня, когда «Илья Муромец» спикировал на высоту 900 м сержант-мажор французской армии Марсель Плиат (француз по отцу и африканец по матери) находился на верхней пулеметной площадке и спасся от падения с пикирующего гиганта только тем, что успел перед этим привязаться. В конце концов он пробрался в кабину воздушного корабля и объявил всем, что предпочел бы больше никогда «не падать так быстро». Затем Плиат вылез на крыло, чтобы починить поврежденный двигатель и оставался там на протяжении получаса.
За этот боевой вылет лейтенант Констенчик, командир «ИМ-10», получил орден Св. Георгия IV степени. Лейтенант Янковиус был награжден мечом Св. Георгия. Сержант-мажор Плиат получил Георгиевский крест III степени. Наконец, доброволец Касаткин был рекомендован для получения офицерского звания. Это награждение состоялось 18 октября 1916 г. (Приказ по 7-й армии № 770).
Досаждали немцам не только «Муромцы». Было очевидно, что боевой отряд русских истребителей в Риге также очень досаждал неприятелю, атакуя аэродром в Зеге-вольде группами по двенадцать и более самолетов. В ночь с (28) на (29) апреля для налета на аэродром немцы послали цеппелин. Оказавшись неспособным заметить в темноте ангары, цеппелин лишь немного покружил над аэродромом. Зенитные батареи морских 75-ти мм орудий, прикрепленные к аэродрому, огонь не открывали. Повисев над аэродромом с выключенными двигателями, цеппелин затем направился на станцию Легат, где сбросил большие бомбы, попавшие в здание госпиталя.
17 мая — В Англии, обеспокоенной все развивающейся воздушной войной против ее населения, полным ходом шел процесс реорганизации руководства воздушными силами, которые в предыдущие годы были буквально раздираемы на части военным ведомством с одной стороны и Адмиралтейством — с другой. Руководство страны все более видело необходимость объединения воздушных сил под единым командованием. В феврале лорд Асквит объявил об учреждении объединенного комитета военной авиации во главе с лордом Дерби. Однако лорд Дерби не смог противостоять самовольству британского Адмиралтейства, и уже в этом месяце лорд Керзон112 предложил организовать более влиятельный орган. В этот день в палате общин было объявлено об учреждении бюро авиации.
