Авиация становится все более и более неотъемлемой частью не только наземной артиллерии, но и морской.
Западноевропейский театр
30 марта — Французы предприняли еще одну попытку прорвать фронт в Вевре, закончившуюся также безрезультатно. Для прорыва глубокой обороны необходимо найти новые средства. В России они уже найдены при осаде и штурме Перемышля. Но для развития успеха у России не хватает экономической мощи. Союзники же на этот год, похоже, совсем перестали следить за тем, что происходит на Восточноевропейском театре военных действий.
Зато французы придумали еще один способ использования авиации в целях разведки — высаживать шпионов в глубоком тылу. Первая попытка организации полета с целью высадки шпиона в тылу была произведена уже в конце 1914 г. сержантом Гобером. Затем его инициатива была подхвачена другим знаменитым французским летчиком — Вед-рином из 23-й эскадрильи «Моранов-Сольнье». Ведрин семь раз доставлял шпионов в глубокий тыл и три раза прилетал для того, чтобы забрать своих пассажиров обратно. Это приходилось делать не каждый раз, так как некоторые из засланных шпионов погибали, а некоторые возвращались сами через Голландию. Обычно такие «гости» брали с собой почтовых голубей.
Такие полеты принадлежали к разряду особо опасных поручений и назывались «специальными заданиями». Во время войны военная цензура запрещала публиковать в печати даже слабые намеки на подобный род действий авиации.
Наварр: «Это было в марте, когда я выполнил мое первое специальное задание. На моем „Моран-Парасолеи я должен был отвезти одного учителя из захваченной области. Он отправился, конечно, в штатском костюме с котелком на голове. Мне во что бы то ни стало хотелось одеть его в кепи, чтобы было удобнее, но он отказался от этого...
Мы отправились в полдень — дурной час для полета, но превосходный для нашей работы. Мы должны были отправиться к одному месту вблизи от Вердена... пересекли линию фронта без приключений, — ни пушек, ни самолетов, — такая удача. Я весь поглощен своим заданием: первое задание невольно производит сильное впечатление, так как не знаешь, чем это кончится. Перспектива смерти, — ничего. Но двенадцать пуль в грудь — это скверно!85
Я спустился с высоты с тяжелым чувством, отыскивая луг для посадки, и закончил спуск целой серией спиральных виражей у самой земли „а la Navarr", как другим было угодно прозвать их...
Мой пассажир покинул меня. Я был доволен, что покончил с этим делом...
Бедный учитель, впоследствии оказалось, что он отослал своих трех голубей со сведениями, но через месяц мы узнали, что немцы поймали его и расстреляли...»
31 марта — В штабе 1-й русской армии получена информация, что в их сектор переброшены значительные германские силы. Встревоженный этим развитием событий, штаб приказал «ИМ-Киевскому» тщательно обследовать вражеские тылы для того, чтобы определить движение и размещение неприятельских сил. Капитан А. А. фон Горст, офицер разведки 1-й армии, вошел в состав экипажа воздушного судна, который включал командира корабля капитана Г. Г. Горшкова, второго пилота лейтенанта И. С. Башко и артиллерийского офицера штабс-капитана А. А. Наумова.
«ИМ-Киевский» нес на борту 524 кг бензина, 98лсг масла, четыре пулемета — два Максима и два Мадсена, и две камеры, Потте и Ульянина. Миссия продолжалась четыре часа, на высоте от 3200 до 3600 м. За это время было покрыто расстояние в 533 км. Район цели для разведывательного полета примерно соответствовал границе с Германией, включая такие географические пункты как Вилленбург, Нейденбург, Сольдау, Лаутенбург, Страсбург, Торн и определенные узловые станции на железных дорогах, по которым перевозились немецкие войска.
В Торне полет проходил над верхним течением реки Вислы до Плоцка, затем к северу, до Млавы и далее на восток. «Илья Муромец» затем повернул на юг и полетел назад к линии фронта от ее восточного края к западу по направлению к Плоцку. В результате были тщательно разведаны передовые позиции противника. Были сфотографированы наиболее важные пункты и большие города, всего — более 50 фотографий.
Стало ясно, что враг не перемещал свои войска в этом районе. Вывод был очевидным. В штаб 1-й армии пришла ложная информация. Разведывательный полет «Ильи Муромца» продемонстрировал, что вражеские силы из этого района были перемещены куда-то в другое место. Копия этого доклада была направлена в Ставку русской армии.
На самом деле Германия концентрировала силы южнее этого района. Задуманная ими новая операция связывалась с прорывом фронта между Верхней Вислой и подножьем Бескидов (в районе Горлице), а не с действиями против одного или двух флангов, как это имело место раньше. На этот удар германский генеральный штаб делал очень большую ставку.
Согласно принятым планам ведения операций на Восточном фронте сводная 11-я армия Макензена86 в Галиции была снабжена тремя авиаотрядами №№ 1, 8, 21 и одним бомбардировочным дивизионом Верховного главнокомандования (Отделение голубиной почты в Остенде) — всего в количестве 54 самолетов.
