Мафусаил
Наполеон. Еще чего! Я не хочу пропустить следующий автобус, лично у меня важная встреча.
Цезарь. Мною также нельзя располагать. Я сожалею, но, сами понимаете, дела… Может быть, месье?…
Корнель. Нет.
Наполеон. Почему нет?
Корнель. Я не люблю мертвецов, вот и все.
Цезарь. Что ж, причина достаточная.
Наполеон. Да.
Гиристофамис. Ну вот, снова повторяется, как было шесть месяцев назад, когда пришлось торчать тут долгие часы, а всего делов-то — перетащить мертвеца в канаву.
Шофер. Но все же нужно, чтобы он освободил место для движения транспорта. Не может же он заставлять весь мир вечно заниматься своей мелкой персоной.
Мельхиседек. Мафусаил, у тебя есть какие-нибудь идеи?
Мафусаил. Нет. А у вас, Гибернатус?
Гибернатус. Идеи, это скорее по части Гиристофамиса.
Гиристофамис. А вы, Мельхиседек, что вы об этом думаете?
Мельхиседек. Пожалуй, неплохо бы известить полицию, как в прошлый раз.
Гибернатус. Учитывая обстоятельства, это правильно.
Мафусаил. Менты или без них, покойник не будет от этого менее мертвым. А они к нам прицепятся.
Гибернатус. А мертвый ли он?
Мельхиседек. К этому вопросу все время приходится возвращаться.
Воришка
Девушки. Браво!
Минни.
Воришка.
Мафусаил. Этот малыш неплох.
Мертвец. Аааааа…
Шофер. Он сказал «аааа». Ясно, что он абсолютно мертв… Живой покрыл бы меня выражениями.
Гибернатус. Является ли это доказательство достаточным.
Гиристофамис. Что если обследовать этого типа повнимательней?
Шофер. О нет, у меня нет сил. Пусть лучше его сразу спихнут в канаву.
Мафусаил. Все-таки следует узнать, кто он, этот субъект.
Шофер.
Мельхиседек
Мертвец. Аааааа…
Мафусаил. А он упрямец.
Воришка.
Гиристофамис. Думаете, я его знаю?
Воришка. У него вид человека, которого никто не знает.
Мафусаил. Ему не повезло, телевидения не будет. Знаменитости всегда дают себя раздавить в другом месте.
Мельхиседек. Но зато здесь умирают в тишине.
Гибернатус. И надолго.
Гиристофамис. И какое-то развлечение каждые шесть месяцев. Не так плохо.
Дама в черном
Воришка.
Пижоно.
Шофер. Верно. Для этого каждый раз нужен кто-то новый.
Дама в черном
Пижоно. Гляди-ка!.. М-да… Мой дядя! Ну что ж, у вас хотя бы не будет угрызений совести, что вы не пошли на его похороны в прошлый раз.
Дама в черном Это снимает с меня огромную тяжесть.
Воришка. Она сможет теперь исправить свою оплошность.
Шофер. Благодаря мне.
Мельхиседек. Однако всё еще неизвестно, хочет ли он окончательно умереть.
Мафусаил. Особенно еще и потому, что покойник хитрюга, он уже один раз всех обманул.
Гибернатус. Мне кажется, он не так расплющен, как шесть месяцев назад.
Гиристофамис. Но, в конце концов, что думает сам мертвец обо всем этом?
Мертвец. Аааааа…
Мафусаил. Все время повторяет одно и то же. Меня это просто бесит.
Воришка. Старички, тихо. Тут стоит вдова.
Гибернатус. Ну и что?
Дама в черном. А то, что я страдаю.
Мельхиседек. У вас было шесть месяцев, чтобы его оплакивать. Вы ведь не собираетесь устраивать нам из этого страдания кино.
Пижоно. По правде говоря, у нее не было для страдания времени.
Гиристофамис. Почему?
Мафусаил. Что же она делала?
Дама в черном
Мертвец. Мерзавка.
Дама в черном. Но в этот раз я твердо решила проследить за твоими похоронами… И выбрать кремацию. Это более надежно.
Мертвец. Я не хочу.
Дама в черном. Да, мой дорогой. Я вдова, я решаю. Ты кончишь тем, что превратишься в пепел.