А у нас что делается? Не то что оградой, наши кладбища не обнесены и настоящей канавой. На наших кладбищах иногда ходит скотина, расталкивает ногами могилы, оскверняет их. На наших кладбищах могилы обвалились, кресты покривились. И стыд, и срам нам иметь кладбища так запущенными. Большой грех мы берем на душу свою, что содержим кладбища в таком пренебрежении. Это пренебрежение наше преступно. За это попрание, за это поругание над такою святынею, как православное кладбище, мы не минем наказания Божия, если не раскаемся в этом грехе и не позаботимся о благоустройстве своего кладбища. Ведь это и небольшого расхода стоит. Чего стоит целым приходом обнесть кладбище прочной оградой, а нет - хоть окопать канавою и обсадить скорорастущими деревьями! Какой тут труд окопать могилы, обложить дерном и поставить на них кресты. Ведь тратим же мы более того и незнамо куда, а на такое святое дело у нас и средств не стало! Нет! Этого не должно быть. Сплотимся поединодушней. Приложим руки. Поусердствуем над этим добрым делом. Все дело в усердии. Покойники оставили нам все, что имели. Они ничего с собою не взяли. Ничего с нас и не просят. Нам самим будет хорошо посмотреть на благоустроенное кладбище. И совесть наша будет чиста и покойна".
Бывают случаи, когда человек сам при жизни распоряжается: что установить на его могиле, что написать. Некоторые даже при жизни хотели все это видеть и ставили памятники у будущей могилы, и надпись была, только без даты смерти. Так делали в стародавние времена аристократы, имевшие фамильные усыпальницы, и сегодня - богатые чудаки. Но чаще ставят памятник и делают надпись близкие умершего.
Не хочется предписывать, как обустроить могилу. Это дело интимное, частное. Но понимаем ли мы иногда в скорби, верно ли отдаем себе отчет, что именно хотим сделать для умершего и для себя? Зададимся лишний раз вопросами: для кого мы ставим памятник, для кого мы делаем надпись?
Давайте представим, как мы будем приходить на могилу близкого нам человека. Следует ли ставить в ограде могильного участка лавочку? А может быть, неплохо было бы поставить и столик? И уж конечно, надо бы посадить цветы на могильном холме... Все это надо решить в кругу семьи.
Плачи, причитания
О догадливости есаула
Ну кто не знает этой песни - "Сон Степана Разина"? Как "налетели ветры злые да с восточной стороны и сорвали черну шапку с моей буйной головы". Это приснилось атаману. Что же есаул, которому он рассказывает свой сон? "Есаул догадлив был, сумел сон мой разгадать. Ой, пропадет, он говорил, твоя буйна голова".
Давайте трезво посмотрим на ситуацию, а не в плане того, что вчера казаки пили-гуляли, потом кошмары видели, затем персидских княжон в волны великой реки бросали. Песня совершенно о другом. Здесь все точно. Но если не учитывать некоторых забытых обстоятельств, то совершенно непонятно: во-первых, зачем есаул столь безысходно и пораженчески трактует сон любимого атамана? Или ему своей головы не жалко? Или он так уверен в своем понимании снов? И зачем атаман, во-вторых, этот сон боевому товарищу рассказывает? Мало ли что привидится...
Или песня неправильная? Так, поэзия, и её буквально понимать нельзя? Какие-то ветры, какая-то шапка...
Ничего подобного. Песня достоверная и правильная. И атаман с есаулом - люди того, их времени. Степан Разин увидел вещий сон, смысл которого абсолютно ясен обоим. С малолетства они не раз слышали, как провожают в последний путь человека, отошедшего безвременно или по глубокой старости, это не важно:
Солнце мое! Рано заходиши...
Месяц мой красный, рано погибаеши!..
Звездочка восточная, почто к западу грядеши?..
Со восточной со сторонушки подымалися да ветры буйные со громами да со гремучими, со молниями да со палючими.
Пала, пала с небеси звезда все на батюшкину на могилушку...
И так далее. Во всех вариациях народного плача погибает некое светило небесное. Оно уходит с востока на запад, с восхода на закат, свершает свой путь от рождения к смерти. Но не само же солнце по небу катится? Нет, конечно, гонят-ведут его ветры с востока на запад, то есть ветры восточные - те самые, что налетели на атамана и шапку с него сорвали. Еще бы есаулу не быть "догадливым", не "суметь" разгадать этот страшный, неотвратимый сон. Слова, которые мы тут взяли в кавычки, звучат в песне в устах бесстрашного атамана горькой усмешкой. А есаул испугался настолько, что не смог удержаться от пророческих слов, произнес вслух то, что и так понятно, ибо сам расстроился до крайности. Гибель атамана и его ведь конец - жизненный или по крайней мере крах всей судьбины, всех надежд, конец гражданский.
А теперь, поскорбив над судьбой удалого и искреннего потомственного атамана Степана Тимофеевича Разина, пытавшегося противопоставить центральной власти вовсе не шайку разбойников, а войско обиженных царевым нерадением и оттого оппозиционных казаков, поговорим о том, почему нам надо разъяснять самим себе смысл разинского сна. Почему мы не помним тексты плачей над покойным, которые возглашались тысячелетиями на Руси?
