Утро. Вот-вот встанет солнце, но я уже стоял в полной экипировке и смотрел на север. Где-то там меня ждёт здоровый, волосатый медведь. Говорят, звери чувствуют опасность. Я вот точно сейчас отчётливо чувствовал. Скверное ощущение, когда идёшь на охоту, но понимаешь, что сам являешься добычей.
Ко мне тихонько подошёл Шелест, взглянул на меня печальными глазами, как смотрят девушки на своих мужей, отправляя их на войну. Нравился мне этот волк. Его глаза порой говорят намного больше, чем может сказать любой человек. Я погладил мохнатого по голове, и услышал, как сзади шли Отто и Оберон.
— Давай, пацан, помни, чему я тебя учил, и принеси мне его лапу на верёвочке! — Оберон пожал мне руку и ушёл, не оборачиваясь.
— Удачи тебе, Азиэль, — Отто тоже протянул мне руку. — Так или иначе, мы неплохо провели время, если что, передавай привет Балану.
Да уж, передам, если что. Вспомнились слова хаданского советника, которые я так и не понял. Теперь, кажется, начинаю понимать. Мало что в жизни натерпелся, так ещё и после смерти покоя не дадут.
Не взирая ни на что, я отправился в путь, гордо шагая. Я был доволен собой за этот месяц. Если кто мог бы достичь лучшего результата, то желаю удачи. А я выложился по полной. Путь у меня был длинный, но расслабляться не стоило. Не хватало ещё, чтобы Оберон меня завтра нашёл с капканом на ноге или мои останки, недоеденные волками.
Первый день прошёл хорошо, мне удалось много пройти, поймать себе на ужин, угадайте кого, конечно же, белку. Вообще в дорогу мне собрали еды на несколько дней. Я бы даже сказал, на целую неделю, но я решил экономить. Неохота потом, в случае удачного исхода с тяжеленой шкурой ещё за едой бегать. Или, не дай бог, варить супчики на травах. Я уже слишком сильно привык вкусно покушать! На хороших харчах, да усиленной тренировке, у меня хоть нормальные мышцы появились, на мужика стал похож. Разжёг костёр, зажарил белку, подсолил её, благо соли у нас было в лагере много и мне дали в дорогу, и с аппетитом отужинал. Спать я залез на дерево с достаточно толстой веткой, так что большинство зверей меня ночью не сожрёт. Зато, вполне вероятно, что я проснусь, а внизу меня будет ждать стая волков, но их я не боялся.
Остальные дни прошли тоже спокойно. Но вот, наконец-то, на шестой день я увидел вдалеке те самые деревья с трёхцветными листьями. Даже издалека можно было сказать, что деревья очень красивые. Но через секунду моё восхищение сменилось на страх, и все внутри как-то сжиматься начало. Через пару секунд мне удалось взять себя в руки, я достал лук, наложил стрелу и это немного меня приободрило. Совсем немного.
Если медведь будет прыгать сверху и с малого расстояния, как я вообще в него выстрелить успею? Я всю дорогу думал, как мне победить этого невиданного зверя. Могу сразу сказать, что умного ничего не придумал. Этот лес — его дом. Он его знает, как пять пальцев, или что там у него. На его месте, я бы дал мне зайти поглубже, потерять бдительность, и тогда уже напасть. А лес был очень густой, мне туда совсем заходить не хотелось.
В общем, как я и говорил, умного я ничего не придумал. Я зашёл совсем недалеко в лес, нашёл более-менее место, где можно было развернуться хоть как-то и… начал кричать. Да, вот так вот встал и начал горланить что есть мочи. Если звери и правда чувствуют опасность, то мой добрый мишка уже знает, что я приду за ним. Так что я решил, что сражаться лучше не по его правилам, а по моим. Если он где-то здесь, неподалёку, то он скоро придёт. Мне вот бы точно стало интересно, кто это пришёл ко мне домой и стоит там орёт.
Я всматривался в каждое дерево, пытался заметить любое движение, старался настроить свой слух, чтобы не слышать этих чёртовых птичек, которые сейчас так мешают. Через несколько минут они меня окончательно достали и я начал их распугивать, ударяя луком по веткам. Каково же было моё удивление, когда я стукнул по одной из веток, а оттуда на меня смотрела красно-коричневая морда с оскаленной пастью.
Я даже не успел удивиться, хотя чувствовал, как мои глаза вылезают из орбит, только ругнулся про себя и прыгнул в сторону дерева. Оказалось, не зря, мои наставники были правы. Медведь не стал долго думать и прыгнул, широко расставив в стороны лапы прямо в то место, где я стоял. Сделав кувырок, я выстрелил в него практически в упор, попал ему в живот, а ему хоть бы хны. Похоже, даже с такого расстояния стрела увязла в его толстой шкуре, и даже если пробила её, то плотный слой жира, которым могут похвастаться все медведи, она уже преодолеть не смогла. Сделал вывод, следующий раз целим в голову.
