Я люблю поспать. Наверное это потому, что я мало сплю. Поздно ложусь, и рано встаю. Но вот больше всего мне нравилось спать пьяным. Во-первых, не снится всякая чепуха — спишь, как убитый. Во-вторых, тогда я сплю долго и не встаю рано. А самое главное — с утра меня ждёт бокал холодного пива. Но не в этот раз! Мы проснулись от того, что кто-то громко гудел в рог. Судя по всему, это таким образом Рик собирал своих на сбор. Не знаю, как там ребята его, но наши проснулись с громкими ругательствами. Делать было нечего — пора вставать. Уже начинали появляться первые лучи солнца, так что сетовать не на что было. Как оказалось, кто-то из наших решил позаботиться о самочувствии своих друзей, и приобрёл вчера вечером небольшой бочонок огуречного рассольчика! Верное средство от бодуна. С новыми силами мы собрались за несколько минут и были готовы выступать вместе со всеми.
Как ни странно, много народу вышло нас провожать. С чего вот только — непонятно. Я шёл рядом с братьями, Мораном и Линденом, с их слов стало всё ясно. Оказывается, народ очень сильно недолюбливал баронов. Всё-таки именно они разворовали страну. С другой стороны, останься они вместе с империей, между ней и святошами разразилась бы такая война, что свет не видывал. Хотя, откуда мне знать, чего свет видывал, а чего нет. Я даже истории своего королевства особо-то не знаю.
Двести человек было в «Красном полете», тридцать четыре в наших «Зелёных соколах», и восемьдесят три человека-добровольца, желавших попытать счастья на войне. Итого — триста семнадцать человек. Хорошо, что у Рика в роте все знали своё дело. Впереди нас поехали разведчики в разные стороны, некоторые даже в противоположную от нашего пути. Всё правильно — неожиданная атака в тыл сулит нам верную смерть. Разведчики были на конях, так что, в случае чего, они быстро нас нагонят.
Отто скоординировал свои действия вместе с Риком, так что наши ребята тоже были в разведке. И на кухне. При первом же привале, я и ещё несколько человек занялись готовкой походной похлёбки в больших котлах. Интересно, если бы не было с нами целой роты, у которой и обязанности распределены, и обоз свой есть, и лошади, что Отто вообще собирался делать? Вот пошли бы сейчас мы и чуть больше восьми десятков обалдуев, которые только мечом махать и могут? Что бы они жрали? Из чего делали ли бы походные костры? Каждый раз хворост собирали и за дровами ходили? Надо будет с ним это обсудить.
Было жарковато, несмотря на близящийся вечер, всё-таки стоять у котла в медвежьей шкуре вообще некомфортно. Пришлось раздеться, потому что спустя десять минут у меня уже голова начала кружиться. Когда еда была готова, народ быстро выстроился в очередь. В один котёл помещалось примерно шестьдесят порций похлёбки, котлов у нас было пять, а это значит, приходилось наливать всем чуть меньше одного половника, иначе кому-то не хватит.
Я стоял, рутинно разливая в тянущиеся руки с тарелкой еду, как внезапно один из солдат-добровольцев окликнул меня:
— Слышь, паря, чё ты мне налил? — он тряс перед моим лицом наполовину пустой миской. — Мне чё по-твоему, должно этого хватить?
Передо мной стоял здоровый, жирный мужик, на вид лет сорока, с небритой рожей, лысый. Он напоминал мне забияк в таверне, которые только своим видом заставляют трястись от страха простых работяг.
— Слышь, дядя, если я тебе налью больше, то кто-то останется без еды, и скорее всего, этот кто-то буду я, — я уже не маленький мальчик, и забияк не боялся.
— А мне начхать, будешь ты сегодня жрать, или нет, — эта деревня явно меня недооценивала. — Ты тут борзого не включай, и жрать насыпай. Из кого ты там, «Зелёных червячков»?
А вот это он зря. Сперва я думал просто использовать его вес против него и заломить руку, теперь же он заслужил по своей наглой роже. Его шутка про название нашего отряда вызвала смех у нескольких ближайших человек, скорее всего, это были его дружки. Такие идиоты обычно держатся вместе. Хорошо, что наших рядом нет и меня никто не остановит.
— Ну ладно, давай сюда тарелку, я тебе налью, да побольше.
Ни о чём не подозревая, он передал мне тарелку с мерзкой улыбкой на лице. Я же, в свою очередь, вылил содержимое обратно в котёл, сделал шаг в сторону, что бы меня было хорошо видно, достал своё хозяйство и начал мочиться ему прямо в тарелку. В это время я смотрел ему прямо в глаза, я видел, как его маленький мозг пытается осознать происходящее, как его отвратительная рожа становится красной от злости.
Он был всего в трёх шагах от меня, когда ринулся в мою сторону. Если умеешь метать ножи на таком уровне, как это делал я, то вполне можно уже кидать абсолютно любую вещь. Его железная тарелка, которая, кстати, была больше, чем у других, наполовину наполненная моей мочой, угодила ему прямо в переносицу. Естественно, все вылилось ему на рожу. Он потерял равновесие и упал на спину. Я же, недолго думая, достал из котла пустой половник и начал хлестать его по морде.
