— Ну, как так. Получается что, женщина в какой-то момент предпочла мужчине коня, ну и они того, этого, а потом она родила кентавра? — мой собеседник видать не сразу понял о чем я, а потом его брови медленно поползли вверх.
— Что-ты, что-ты! — он замахал руками. — Нет, конечно! Я признаю, что среди людей есть место таким женщинам, но как бы они не пытались, родить кентавра у них не получится. Это мать-природа создала их такими. Так же, как она создала и нас такими, какие мы есть.
Я снова сидел и рассматривал Коруса. Вот вверх от пупка он был самый обыкновенный мужик. Ну, слегка волосатость повышена. Но ниже — один в один конь! Он снова начал чувствовать себя неловко, когда я его рассматривал.
— А чем занимаются кентавры? Где живут? — поинтересовался я.
— Здесь, в лесу. Чем занимаются? — он подумал несколько секунд и ответил. — Да просто живут. Ухаживают за лесом. Так, Корус?
— Мы защищаем лес от уничтожения, от людей и прочих рас, особенно от этих проклятых Дай-даев! — он даже хлопнул кулаком по столу от ненависти к последним.
— Э-эм, Дай-даев? — удивлённо спросил я.
— О, да, это ещё один дивный народец, который удивит тебя. Это такие невысокие, всего тебе по пояс, коричневые человечки, напоминают ребёнка, которому лет семьдесят, — он хихикнул, ему, наверное, столько и было.
— И как эта мелочь может воевать с таким грозным народом, как кентавры? И что за название такое странное? — не унимался я с вопросами.
— Раньше они жили мирно. Но потом эти создания научились выращивать особый куст, очень похожий на коноплю, которую часто выращивают в деревнях, — он нырнул рукой в свою рясу и извлёк оттуда небольшой мешочек, — вот, это сушёная трава Дайка.
— Дайте угадаю, название ей дали те же люди, кто так прозвал этот народец, — моё лицо скривилось в гримасе.
— Совсем нет, так они её сами назвали. Ранее это были вполне весёлые, адекватные создания. А после того, как у них случился небольшой пожар, Дайка загорелась, и они вдохнули её чудесные пары̀. После этого они начали сажать её целыми полями, и перестали вообще заниматься чем-либо кроме двух вещей — курить и размножаться, — улыбнулся старик.
— Ого, какой поворот, — я уже представлял себе сотню-другую мелких старичков, которые занимаются «размножением».
— Да, из-за этого их популяция, то есть количество человек в их племени, стала быстро расти. Им пришлось сеять всё больше и больше травы, потом они занялись вырубкой лесов для новых полей, чем и навлекли на себя гнев кентавров, — он сделал широкий жест, указав рукой на Коруса.
— Проклятые Дай-даи! — выкрикнул Корус и снова ударил кулаком по столу.
— Их мозги были уже насквозь прокуренные, даже дети, которые рождались, с первых дней вдыхали дым Дайки. Так трава и получила своё название — дети постоянно кричали родителям «Дай!», указывая на траву, — Альбрус сделал небольшую паузу, а после продолжил с грустным лицом. — Когда кентавры пришли образумить своих маленьких друзей, и отобрали траву, те взбесились и напали на своих бывших союзников с воплями «Дай-дай!».
— И давненько вы воюете? — поинтересовался я.
— Два десятка лет и три года, — ответил мне кентавр.
— Прошу прощения, а сколько вас в вашем племени? — осторожно спросил я.
— Нас осталось около двадцати дюжин, — грустно ответил он.
— А сколько этих карликов-извращенцев? — мои брови поползли вверх сами по себе.
— Больше тысячи, а то и двух, — ещё грустнее сказал он.
— Ох, ничего себе! — воскликнул я. — А сколько раньше вас было, если при таком соотношении вы больше двадцати лет воюете?
— Кентавров никогда не было в большом количестве, — тут в разговор вступил Альбрус. — В бою они превосходят дай-даев во всём, но количество берет своё. Если бы я пришёл в этот лес раньше, лесных коней, как ещё называют кентавров, было бы намного больше.
— А чем вы им помогаете? Магией? — спросил я.
— О, нет-нет, я не участвую в боях, — махнул он рукой. — Это дела двух лесных народов, куда друиду не стоит вмешиваться. Я помогаю им целебными мазями, которые исцеляют раненых.
Он вдруг встал, вышел из комнаты, а спустя несколько секунд вернулся с трубкой в руке и протянул мне. Вторую он извлёк из своей робы, насыпал в неё немного сушёной Дайки и передал мешочек мне. Я повторил его действия, и потом он просто, не пользуясь огнём, закурил.
— Это не простые трубки, в них не нужно поджигать табак, они сами все сделают, — ответил он мне на незаданный вопрос.
— Магия? — спросил я и тут же получил утвердительный кивок.
— Трава, конечно, забористая, но нас она просто расслабит, — закрывая от удовольствия глаза, сказал он. — А вот маленьким негодяям она просто голову сносит.
— Спасибо вам за еду, многое здесь я попробовал впервые, но не могли бы вы перейти к остальным вопросам? — мне не терпелось узнать о судьбе моих друзей.
— Тебя нашёл Корус, потому что кентавры чувствуют жизнь. Для тебя лес — это просто лес. А они чувствуют каждое дерево, каждый кустик, каждый листочек, ведь это тоже живые существа, — он назидательно поднял указательный палец.
Моя левая бровь без моего ведома поползла вверх от удивления.
