— Ну-ну, — хрюкнул он, отводя взгляд и складывая руки на груди. — Мы, Орловы, все одинаковые. Эгоисты и негодяи, каких поискать. Нас особо не волнуют жизни других людей.
Отчасти он прав. Когда-то и впрямь так было. Да и сейчас, убей они старика, я не стал бы сильно горевать по нему. Вот только информация, которую оставил после себя Дэвид Драгомир, хранилась в памяти довольно узкого круга лиц. И старик был одним из тех, кто в этот круг входил.
— Не волнуют, — подтвердил я с ухмылкой на лице, убирая ладони с костра. — Ровно так же, как и отказы. Поэтому не хочу слышать отказов и буду рад увидеть тебя на церемонии похорон Роберта Бисфельда. В любом случае, ты туда явишься. Вопрос лишь в предлоге.
Дед поджал губы, отворачиваясь. Он неохотно мотнул головой.
— Мне плевать на его смерть; он мне никто.
— Он муж моей матери, — выразительно протянул я. — А значит — член семьи Орловых. Не упрямься, дед. Пожалеешь ведь ближе к смерти, что так и не простился с семьёй… так и помрёшь старым одиноким алкашом.
— Я не одинокий, — проворчал дед.
— Думаю, ты меня понял.
Дед ворчал что-то ещё, но слушать его не было смысла; не обращая внимания, я лишь хлопнул старика по плечу — и, развернувшись, зашагал в сторону Бори.
— Уверен, что этот разговор имел смысл, Босс? — Боря продолжал оглядываться назад.
Я кивнул.
— Он меня прекрасно понял.
Всё же было в моём возвращении в штаб-квартиру ордена… что-то предательски тёплое и трепетное. Притом, пожимая руку Игорю Князину, я ощущал взаимность. Орден будто выдохнул, встретив меня — живого и, судя по виду, невредимого.
Однако после вчерашних событий меня не покидала тревога. Вассалы знают, что ищут. Два осколка сумели отобрать за гораздо меньший срок, чем это удалось сделать мне. Казалось, любая потеря времени могла обернуться сущим кошмаром как для меня, так и для восьмого Неба.
— … ты с самого утра будто сам не свой, Эраст, — тихо заметила София, когда мы выходили из машины под сопровождением Князина и остальных членов ордена Щита.
— Не бери в голову, — велел я, натягивая врученный камзол. — Дед перед тем, как стать частью Красного ордена, немного подпортил настроение, но в целом всё в порядке.
— Игнат Борисович? Частью ордена⁈ — обрадовалась та, но быстро взяла себя в руки. — Я бы не стала ему доверять, Эрвст. Он… знаешь, мне показалось, он немного обижен на тебя.
Я хмыкнул. Обижен — совсем не то слово, которым можно описать эмоции старика, что плескали во время нашего разговора. Скорее, разъярён.
— Думаю, со временем он утихомирится.
Боря продолжал идти слева и держать над нашими головами зонт; после моей фразы он многозначительно усмехнулся и поглядел на меня со скепсисом.
— Готов поспорить, что он не станет орденоносцем, босс.
Я хмыкнул, не глядя на Борю. Главные ворота здания штаб-квартиры распахнулись аккурат перед моим лицом.
…как и ожидалось, члены ордена встретили нас возгласами, явственной радостью и благодарностью во взглядах. Уверен, за последний месяц моего отсутствия давление на Красный орден стало попросту невероятным.
…шагая по главному залу штаб-квартиры, я лишь оглядывался по сторонам и принимал приветственные фразы в свою сторону. Игорь Князин же оттаскивал всех, кто пытался перейти черту дозволенного. Ощущал я себя немного странно.
— Успокойтесь, парни, — велел Князин одному из наших сильнейших бойцов, Владиславу, глядя на него буквально снизу вверх. — Ведёте себя так, будто женщину нагую увидели!
— А я уже не верил, что вернёшься, — Владислав улыбнулся сухой улыбкой. Глаза его были на мокром месте. — Учитывая то, что происходит вокруг… ты прибыл очень вовремя.
— Тоже рад тебя видеть в здравии, Владислав, — я пожал руку Владиславу, который явно тяжело воспринял новость о смерти Роберта Бисфельда — его первого начальника.
Чуть отшагнув от Владислава, Князин указал рукой на дверь зала совещаний.
— Тебя уже все ждут, Эраст, — осведомил он. — Проходи. А вы разойдитесь все, хватит толпиться!
Надо же — думал я, открывая дверь в зал совещаний.
Вокруг овального стола расположились не только Альтар Блэк, Лиза и Янко Драгомир. За овальным столом, вместе со всеми сидел действительный тайный советник Кирилл Михайлович Андропов. Да, лицо его было, мягко сказать, не самым довольным, однако… мне было плевать. Радовало лишь то, что этот человек умеет сунуть как можно глубже своё эго и принять реалии такими, какие они есть.
…несколько томительных секунд в помещении висла мёртвая звенящая тишина.
С чего бы начать…
— Ах да, — вспомнил я. — Прошу любить и жаловать — София Раевская, моя будущая жена.
Звенящая тишина в помещении продолжалась. Сидящие за столом лишь мрачно переглянулись, не понимая. Обстановка, казалось, обрела ещё большее напряжение.
— И всё? — гнусаво проворчал Альтар Блэк, поднимая бровь. — Это всё, что ты хотел обсудить после месяца отсутствия?
Я мотнул головой, усаживая Софию за стол.
