– И нам вряд ли хватит пряжи, – добавила Жунь-Ю. – Обувь такой силы нужно вязать полностью из волшебных ниток. У нас хватит только на одну пару.
– Думаю, настало время принести с чердака последнюю волшебную пряжу, – сказала Доркас.
– Именно так, – кивнула Жунь-Ю. – Ты поможешь нам, Уилл?
Чердак располагался над кухней в задней части здания. Уилл держал лестницу, пока Холли лезла вверх, и как только Холли появилась с корзиной, Матильда протянула руку, чтобы её взять.
– Спасибо, Уилл. Теперь можешь идти.
– Но…
– Нет, – перебила его Жунь-Ю. – Ты можешь позвонить утром, и мы расскажем тебе, как всё прошло.
– Теперь гуляй отсюда, – сказала Матильда.
– Шевели ластами, – сказала Айви.
– Навостряй лыжи, – сказала Гортензия.
– И поскорее, – сказала Доркас.
18
К тому времени, когда мама и папа пошли спать, звёзды усыпали всё небо. Уилл не мог заснуть. Он смотрел, как небо становится тёмно-синим, как старые стеклянные бутылки на окне аптеки, а затем бархатно-чёрным. Он слышал, как мама на цыпочках ходила в туалет, а после неё папа, а потом – как со щелчком закрылась дверь в их спальню. Он слышал уханье сов, а затем раздался папин храп. Наконец он встал с постели и оделся. Стараясь не шуметь, Уилл поменял батарейки в фонарике и положил его в рюкзак.
Держа кроссовки в руке, он прокрался в коридор, а оттуда – в комнату Софи, где тихо и осторожно проверил замки на окне, чтобы удостовериться, что снаружи никто к ним не заберётся.
– Ты куда?
– Ш-ш-ш. Никуда.
– Я хочу с тобой, – сказала Софи.
– Спи, Соф, – тихо сказал он.
Он осторожно закрыл дверь, прокрался вниз и выскользнул на улицу. Он был абсолютно уверен, что родителям не понравится, узнай они, что он в одиночку выходит в город по ночам, пусть даже только в Вязальную. Но он просто не мог лежать в кровати и ждать.
Свет в магазине не горел, и Уилл, обогнув дом, вышел на задний двор. В окнах горел яркий свет, а задняя дверь была не заперта. Уилл нырнул внутрь как раз в тот момент, когда Холли спускалась вниз с подносом, заставленным пустыми чайными чашками.
– Ну привет, – сказала она приглушённым голосом. – Ты тоже за них волнуешься?
– Я не могу спать, – ответил Уилл.
– Понимаю тебя, – откликнулась Холли.
– Они связали обувку? – спросил Уилл.
– Да! – ответила Холли, округлив глаза. – Это был двенадцатичасовой вязальный спринт! Моя бабушка даже переключилась с чая на кофе.
– И всё получилось?
Холли ухмыльнулась и кивнула, при этом то привставая на цыпочки, то опускаясь.
– Они стартовали со двора, – сказала она, занеся ногу, как будто собиралась сделать гигантский шаг, отчего чашки на подносе задребезжали. – Жунь-Ю шагнула за реку и обратно, а Гортензия забралась на крышу аббатства. Потом Айви за два шага добралась до Гластонберри, а Матильда успела побывать на реке Северн.
– Ого! – восхитился Уилл. – Это куда мощнее старых носков моего папы!
– Ага! – сказала Холли, понизив голос ещё больше и оглядев кухоньку, как будто за сушилкой мог притаиться шпион. – Ботинки переносят хозяина именно туда, куда он смотрит. Если хочешь попасть в то место, которое не можешь увидеть, нужно представить его себе и сказать что-то вроде «Где пляж Портскато?» – и твой мешочек задаст нужное направление точно так же, как когда спрашиваешь его, где находится такой-то предмет.
– А если ты не можешь его представить – если ты это место никогда не видел?
– Айви добралась до дворца Бленхейм, хотя никогда прежде там не была: у неё был только старый входной билет, и она представляла себе его так, как видела раньше на картинках. Взбудоражила нескольких павлинов и подняла тревогу, но никто не пострадал.
– Значит, схема и вправду рабочая!
– Именно. У них есть чуть-чуть волшебной пряжи, чтобы настроиться на овец, которых нашла твоя бабушка. – Холли поставила поднос на стойку и упёрла руку в бок. – Но я не уверена насчёт этой затеи. Они все уже слишком старенькие, чтобы гоняться за овцами в темноте. – Она запустила пальцы в волосы, отчего один из её пучков заходил ходуном. – Иди послушай, что они говорят, пока я посуду мою, ладно? Посиди на лестнице, тогда они тебя не заметят.
Уилл прокрался наверх и притаился на лестнице.
Бабушки сидели кру́гом в центре комнаты. На столе у окна Уилл заметил пару высоких ботинок, связанных из сверкающей золотом пряжи. Рядом с ними лежал мешочек в виде далека и три пустые сумки.
– Пряжи больше нет, как и времени, – говорила Жунь-Ю. – Одна пара ботинок и одна шапка – вот всё, что у нас есть. Кто бы ни отправился в путь, он пойдёт в одиночку.
– Жунь-Ю права, – сказала Доркас. – Одна из нас должна попытаться, а там уж как пойдёт. Худшее, что может случиться: удача отвернётся от нас, и тогда придётся снова надеть шапку и вернуться.
– На самом деле худший расклад событий – это утонуть в Ирландском море…
– Они пытаются решить, кому отправиться в путь, – сказал Уилл, на цыпочках спустившись вниз. Он посмотрел на Холли. – Похоже, они боятся.
– Ты думаешь о том же, о чём и я? – спросила она.
– Если ты думаешь о том, что отправиться должен кто-то из нас, – сказал Уилл, – то да.
Холли кивнула:
