Пока ребята обменивались взаимными подколами на пути в Хогсмид, в какой-то момент Сиерра проследила за взглядом Джорджа: тот всего лишь на мгновение задержал его на парочке, прогуливающейся вдоль замерзшего Черного озера. Гермиона и Виктор о чем-то негромко переговаривались, а затем девушка засмеялась, и Джордж, отведя взгляд, присоединился к разговору друзей. Сиерра вскинула брови и, усмехнувшись, покачала головой.
На улице было довольно прохладно, февраль все еще неистово бушевал, поэтому компания не задержалась на свежем воздухе и уютно расположилась в «Трех метлах». За бурными обсуждениями и громогласным хохотом, за согревающим глинтвейном и аппетитными запахами яблок, корицы и свежей выпечки, Сиерра забывала обо всех своих тревогах. Существовал лишь этот момент, а все остальное словно растворялось в нем. Воспользовавшись ситуацией, пока Джордж не участвовал в разговоре, а лишь слушал шуточную перепалку друзей, Сиерра подсела к нему поближе и пихнула локтем. Юноша ей тепло улыбнулся и подмигнул.
— Рассказывай.
— О чем? — засмеялся тот.
— О Грейнджер.
— Только не говори, что восприняла эти шутки всерьез, — фыркнул он. — Ты что, внезапно растеряла все чувство юмора?
— Джордж, — с укором начала девушка, — я знаю тебя слишком хорошо. К тому же я наблюдательная.
Хитро улыбнувшись, Блэк отпила из своего стакана, не сводя взгляд с друга. Тот вскинул брови.
— И что же такого ты наблюдала?
— Джордж, послушай, — внезапно серьезно сказала она, — ты же знаешь, что я, пожалуй, единственная, кто не посмеется над тобой и твоим выбором ни разу. Просто скажи и все.
— Да что за бред ты несешь? Блэк, не нравится мне эта Грейнджер! Как она вообще кому-то может нравиться?
— Не говори так, — строго осадила девушка.
— Джордж, заткни их иначе я точно сейчас ударю каждого! — взмолилась Кира, прерывая шумную дискуссию Фреда и Ли.
— А я говорю, что у Розмерты четвертый размер груди! — продолжил Ли.
— Ну и чушь! У нее же фартук сейчас лопнет прямо в том самом месте!
В этот момент Купер залепила своему парню смачную затрещину. Фред удивленно потер рыжую макушку.
— Смотри, чтобы у тебя глаза не лопнули!
Джордж с удовольствием вступил в перепалку. Сиерра, кинув на него насмешливый взгляд, последовала примеру. И все в этот день было хорошо, как будто и не было мрачного бессонного месяца с этими слишком темными ночами, проведенными в слезах, и невыносимыми серыми рассветами.
Также Сиерра вновь решила принять участие в помощи Гарри, однако разгадка так и не поддавалась. Как бы они не вертели, трясли это золотое яйцо, стучали по нему и делали прочие стандартные манипуляции — ничего не менялось. В одно воскресенье они так долго просидели над разгадкой, что у Рона даже заболели уши, а Сиерра еще долго перед сном вместо тишины слышала этот высокочастотный визг. А второе состязание, тем временем, приближалось…
На очередном совместном со слизерином занятии по защите от темных искусств, Сиерра, сонно подперев рукой щеку, буравила взглядом свой пустой пергамент и размышляла только о том, как помочь Гарри. Краем уха она слышала, что в какой-то момент профессор Грюм снова стал обсуждать тему непростительных заклинаний, темной магии и всего, что с ней связано. Зевнув, девушка тяжело вздохнула.
— Вам скучно, мисс Блэк? — осведомился профессор, буравя ее здоровым глазом. Сиерра вздрогнула и тут же выпрямилась. — Может, вы все знаете о темной магии и различных родовых проклятиях?
— Если моя фамилия Блэк, — лениво начала она, — это вовсе не означает, что я знаю, как убить каждого здесь не повторяясь.
Профессор ухмыльнулся, и его и так суровое безобразное лицо искривилось еще больше.
— Вы правы, мисс Блэк. А вот мистер Розье, наверняка, знает, верно?
Розье поднял на учителя тяжелый взгляд. Эмилия Роули, что сидела рядом с ним, незаметно изо всех сил схватила его за рукав.
— С чего бы? Вы думаете, что все в слизерине только и думают о том, как бы изощреннее убить того или иного человека?
— Странно, что Розье-старший не успел многому обучить вас, он-то знал достаточно, не зря же был пожирателем смерти.
Казалось, что Эван весь побледнел, хотя его кожа и так была словно усердно выбелена, как и безупречная родословная. Юноша с силой, до побелевших костяшек, схватился за края своего стола и резко поднялся на ноги.
— Как вы, мерзкий убийца, смеете что-то говорить о моем отце? Чем вы заслужили место преподавателя? Разве этому нас должны учить?
— Может я и убийца, — с ухмылкой ответил Грюм, — но я лучше всего знаю, как справляться с темной магией и ее последователями, каким был и твой папаша. Так что сядь на место и закрой свой рот.
— Пошел ты, ублюдок. Молись Мерлину, чтобы однажды не умереть так же, как умер мой отец.
Подхватив свои вещи, Розье спешно покинул кабинет и громко хлопнул дверью — так, что многие вздрогнули. Оглушающую тишину после нарушили робкие шорохи со стороны Роули. Девушка собиралась пойти вслед за другом, но грубый голос профессора пригвоздил ее к месту.
— Если вы сейчас покинете этот кабинет, мисс Роули, ждите больших неприятностей.
