Сейчас, когда никто не мог их видеть и помешать, Сиерра расслабленно зарывалась пальцами в его волосы и теснее прижимала к себе. Перси целовал ее жадно, словно тот пай-мальчик и занудный староста уступал место кому-то другому: уже не мальчишке, а мужчине, который точно знал, чего хотел. А он каждой клеточкой своего тела хотел Сиерру Блэк. Она медленно обвила его тело ногами и чуть привстала, не разрывая поцелуй, чтобы позволить ему снять с себя мешающую одежду. Сиерра ловкими движениями пальцев расстегнула каждую пуговицу на его рубашке и, сняв ее, отбросила куда-то на пол. Ей нравилось изучать пальцами его бледную веснушчатую кожу, чуть впиваясь в нее острыми ногтями. Тогда Перси сводил лопатки друг к другу и целовал ее, казалось, с еще большим желанием.
Перси, в свою очередь, с особым трепетом касался ее тела, словно оно было хрупкой хрустальной вазой, рядом с которой страшно даже просто дышать. Но, жадно целуя каждый участок ее жасминовой кожи, он мог бы поклясться, что это лучшее, что происходило с ним в жизни. И впервые потерять голову, контроль над разумом и ситуацией, отключив к черту холодный рассудок, ему казалось самым правильным решением.
Потом он еще долго молча лежал, обнимая ее и рисуя пальцами какие-то узоры на тонких плечах и ровной спине, и осознавал, что вот сейчас, именно в это самое мгновение, она стала принадлежать ему всецело: ему и больше никому.
А Сиерра, так сильно вымотавшись за предыдущие дни, быстро уснула. Лишь ее спокойное и размеренное дыхание щекотало кожу, вызывая очередной приступ мурашек по телу.
Она открыла глаза глубокой ночью, когда Перси уже мирно спал рядом. Блэк улыбнулась и нежно коснулась рукой его безмятежного лица. Осторожно, чтобы не разбудить, Сиерра поцеловала его в губы и села, обнимая одеяло. Одной рукой она выудила из одежды карту, которую неустанно носила с собой. Девушка, не стесняясь наготы, подошла к окну и, убедившись, что Перси точно спит, раскрыла ее. Все было как обычно, и гриффиндорка разочарованно вздохнула. Все зря.
Как только она уже собиралась закрывать ее и возвращаться в постель, сердце пропустило удар. Прямо в это мгновение от одного из краев карты в сторону школы семенило заветное имя.
Питер Петтигрю.
Чертыхнувшись, Сиерра наспех оделась и ринулась прочь из теплой и уютной спальни навстречу чему-то неизвестному и пугающему. Она упорно следовала вперед сквозь холодные коридоры, старательно прислушиваясь к каждому звуку. Нельзя позволить глупой неосторожности все испортить.
Судя по карте, Питер Петтигрю без труда проник в Хогвартс и был где-то совсем рядом. Сердце в груди стучало так сильно, что готово было вырваться наружу. Пульс зашкаливал, гулко ударяясь в висках, но все это было ерундой в сравнении с целью, которую гриффиндорка так рьяно преследовала. Когда до неминуемой встречи их разделял всего лишь коридор, Сиерра забилась в одну из удобных ниш в стене и прошептала «Нокс».
Он был уже совсем рядом, но человеческих шагов по-прежнему не было слышно. Когда надпись «Питер Петтигрю» поравнялась с надписью «Сиерра Блэк», а затем стала удаляться, девушка занервничала.
— Люмос максима, — прошептала она и устремила свою волшебную палочку в то место, где сейчас должен был находиться человек.
Но там никого не было.
Сиерра услышала лишь, как кто-то тихонько и торопливо семенит внизу, и звук все быстрее удаляется. Тогда она опустила мощный луч света на пол и увидела, как крысиный хвост скрывается в маленьком стенном отверстии. Блэк судорожно уставилась на карту, и, действительно, Питер Петтигрю был сейчас в классе за стеной, а дверь в этот кабинет находилась с другой стороны коридора.
— Не может быть, — прошептала Сиерра и прижалась спиной к холодной шершавой стене.
В свою спальню девушка вернулась уже под утро и, лежа в постели, до самого восхода солнца, почти не моргая, смотрела в потолок, составляя в своей голове пазлы этой запутанной истории.
Если все это действительно правда, тогда истинный убийца и предатель сейчас совсем рядом, и эта мысль одновременно пугала и мотивировала яростью, вскипавшей из недр души.
— И где же ты была до утра? –хитро спросила Кира днем, когда девочки собирались вместе посетить Хогсмид. Сиерра на мгновение замерла, прокручивая все события прошедшей ночи, а затем ухмыльнулась. — Так это что, значит, мы сегодня в Хогсмиде будем отмечать потерю твоей девственности?
Блэк расхохоталась.
— Можно и так сказать.
— Ну обалдеть! — вскрикнула Купер. — Сегодня алкогольный глинтвейн за мой счет.
— Нам же не продадут алкоголь, — выразила сомнение Сиерра.
— Обижаешь! — фыркнула подруга. — У меня есть что капнуть в ту бурду, что нам продадут.
И для убедительности потрясла наполненной фляжкой.
— У отца стащила, — отмахнулась Кира, опережая вопрос.
Когда девушки спустились в гостиную, там Сиерра увидела Перси, который за что-то отчитывал Рона. Тот, в свою очередь, хмурился и всеми силами старался сбежать. Кира ухмыльнулась и пихнула подругу локтем.
— …это недопустимо, Рон! — возмущался Перси.
— Привет, — прервала тираду девушка. — Не хочу мешать, но…
