Сиерра просидела под одеялом большую часть ночи, воспаленными глазами изучая карту в поисках заветного имени. Периодически она останавливала взгляд на Джордже, который вместе с Фредом возвращался прямиком с кухни, и их карманы наверняка были набиты едой. Перси не двигался в своей спальне, явно уснув раньше полуночи. Она слабо улыбнулась.
Весь следующий день гриффиндорка таскала с собой эту карту и при любой удобной возможности тайно заглядывала в нее, но Питера Петтигрю нигде не было видно. Тогда, решив рискнуть, Сиерра воспользовалась шансом и уселась рядом с Гарри и друзьями. Она молча ела, делая вид, что их присутствие рядом ей совершенно безразлично.
— Рональд, ты долго будешь дуться на меня? — возмутилась Гермиона. Сиерра навострила уши.
— Всю жизнь. Твой глупый кот съел Коросту! — возмутился Рон.
— Ты все выдумал! То, что твоя бесполезная крыса исчезла, не доказывает вину Глотика! — хмурилась девочка, до последнего защищая своего любимца.
— Ага, как же, — буркнул младший Уизли.
Сиерра выронила ложку на пол, чем привлекла к себе внимание всех близ сидящих ребят. Встретившись взглядами с озадаченным трио, она скомкано им улыбнулась.
— Рон, а давно у тебя жила эта крыса? — спросила Сиерра. — Случайно услышала ваш спор.
— Лет десять или около того, — пожал плечами он. — И еще бы столько же прожила, если бы не кот Гермионы!
То, что она услышала, косвенно доказывало правоту Сириуса Блэка, но при этом, если крыса действительно стала кормом для кота или просто сбежала, это означает… Сиерра прерывисто вздохнула и, не слушая продолжение ссоры, выскочила из-за стола. Остановилась она возле окна, чувствуя, как ей не хватает воздуха. Это означает, что единственное доказательство невиновности ее отца испарилось и, возможно, безвозвратно, а у нее истекало время пользования волшебной картой.
Вечером она все также сидела на излюбленном кресле, стараясь избегать знакомых. Отвлекли ее голоса однокурсников Перси, среди которых был Оливер Вуд и его незаменимый приятель, чьего имени она даже не помнила.
— Слышали, Марк Лоуренс слег в больничное крыло с каким-то отравлением?
— Да, не Перси ли его отравил за невыносимую тупость? — веселился Оливер. Сиерра демонстративно фыркнула. Юноша, увидев ее, остановился. — О, привет, Сиерра.
— С каких пор мы здороваемся? — едко спросила та.
— Элементарная вежливость, к тому же, ты теперь девушка такого серьезного человека в школе.
Сиерра иронично приподняла брови, изучая оппонента равнодушным взглядом.
— Да, и Перси с девушкой повезло явно больше, чем тебе.
Оставив последнее слово за собой, Сиерра направилась прямиком в спальню Перси, мстительно улыбаясь. Когда она вошла, юноша стоял возле окна с учебником в руках и что-то беззвучно проговаривал на память.
— Слышала, ты временно живешь один, — произнесла она, облокотившись о стену. Перси вздрогнул, но через мгновение улыбнулся.
— Привет. Да, с ним что-то странное приключилось, я даже забеспокоился не заразно ли это.
— Я тебе не помешаю? — спросила она и улеглась на его кровать. Перси замер, остановив взгляд на ее обнаженных острых коленках.
— Нет. Правда, мне нужно закончить подготовку к контрольной работе.
Сиерра ему улыбнулась и, взяв какую-то книгу с его тумбочки, перевернулась на живот. Она листала страницы и, задрав ноги, медленно покачивала ими, тихонько напевая какую-то мелодию. А Перси, как идиот, таращился на ее ноги и задницу вместо того, чтобы учить материал. Он поднял глаза к потолку и шумно вздохнул, мысленно прося Мерлина послать ему сил и выдержки доучить этот гребанный параграф.
Когда Перси сел рядом с ней, поджав одну ногу, девушка перевела на него заинтересованный взгляд и повернулась на бок. Но юноша хмуро вчитывался в учебник и что-то записывал на пергаменте, абсолютно не замечая ее присутствия.
Через некоторое время он, наконец, захлопнул учебник и отложил его в сторону.
— Ты такой забавный, когда что-то усиленно учишь. Такой сосредоточенный, хмуришь брови, — улыбаясь, произнесла Сиерра.
— Может, я тоже когда-нибудь увижу, как ты выглядишь, когда учишься?
Девушка закатила глаза и недовольно простонала, поудобнее устраиваясь на подушке.
— Какой ты зануда! Я прекрасно учусь по тем предметам, которые мне интересны, а остальное — ерунда. При поступлении в академию будут смотреть на мою успеваемость по зельям, травологии и алхимии, а вот на трансфигурацию там всем будет плевать.
Перси фыркнул и улегся на бок, придерживая голову рукой. Ему нравилось смотреть на нее так близко. С такого расстояния можно было разглядеть каждую крапинку в серых глазах, каждую трещинку на губах и каждую родинку на молочной коже.
— Почему ты так смотришь? — улыбаясь, спросила она.
— Мне нравится на тебя смотреть.
Сиерра кокетливо опустила глаза, а затем подняла их и улыбнулась.
— У меня есть идея.
— Мне стоит бояться? — усмехнулся он.
— Тебе стоит расслабиться, — негромко проговорила она и, схватив его за галстук, притянула к себе.
