Винки с ужасом осмотрелась по сторонам и прижала большие уши, явно очень сильно опасаясь своего хозяина. Но ответить ей не удалось, так как с другой стороны вальяжно вошел Бартемиус Крауч, за которым гордо семенил Перси. Юноша старался держаться уверенно, чтобы родня и все остальные оценили его значимость, и именно в этот момент ему в руки практически влетела шляпа начальника. Близнецы залились неистовым хохотом, а сам Перси побагровел так сильно, что на его лице точно можно было пожарить яичницу. А Винки, тем временем, как раз приблизилась к Краучу и послушно встала за его спиной.
— Какой он мерзкий, — зло прошептал Гарри.
— Считает себя лучше других, — хмыкнула Сиерра, подразумевая отвратительное поведение по отношению к ее парню.
Перси поймал взгляд своей девушки и коротко ей кивнул, улыбаясь краешком губ. Сиерра же ему подмигнула и, довольная собой, уставилась на стадион.
Сначала на поле вышли прекрасные талисманы болгарской сборной — вейлы, которые произвели сильное впечатление на Гарри и Рона: мальчишки таращились на них и восторженно переглядывались, не замечая, как Гермиона Грейнджер закатила глаза. А затем взвились в небо талисманы сборной Ирландии — лепреконы: их так много, что они способны собираться в различные сверкающие фигуры. Собравшись в огромный трилистник, они разбрасывают по трибунам золотые монеты.
После того, как талисманы удалились с поля, на стадионе, под громогласные объявления комментатора, появляются игроки сборных, и матч начинается.
Игроки двигаются настолько быстро, и игра ведётся в таком темпе, что Людо Бэгмен едва успевает называть фамилии спортсменов. Кира где-то возле уха выкрикивала напутствия для игроков, а затем на пару с отцом стала распевать самодельные и остроумные кричалки.
Игра шла напряжённо, ирландцы вели по очкам, и ловец Болгарии Виктор Крам решается применить финт Вронского, позволяющий ему на время вывести из строя ловца команды-соперницы. Пока врачи приводили в чувство ирландского ловца, Крам не спеша отыскал снитч. Тем не менее, болгары проигрывали уже со счётом 130:10.
Битва разворачивалась не только в воздухе, но и на земле, когда вышеупомянутые талисманы затеяли между собой потасовку, в ходе которой прекрасные вейлы приобрели свой истинный облик и стали метать в лепреконов огненные шары. Сиерра отняла у Гарри омнинокль и стала таращиться на драку талисманов.
— Если я когда-нибудь скажу, что квиддич — это скучно, — прокричала подруге Сиерра, — напомни мне драку вейл и лепреконов! Это самое забавное, что я видела в жизни.
— Кажется, министерство не разделяет твое веселье, — хмыкнула Купер, указав на служащих, спешащих вниз.
Среди них оказался и Перси, поэтому Сиерра уставилась в омнинокль с удвоенной силой, наблюдая, как тому чуть не прилетело от разбушевавшейся вейлы.
Но драка талисманов — ничто по сравнению с тем, что творилось в воздухе. Когда ирландский загонщик Куигли мощнейшим броском отправляет бладжер прямо в лицо Виктору Краму и ломает ему нос, судья этого не замечает, поскольку в это время гасит свою подожжённую вейлами метлу.
Несмотря на льющуюся по лицу кровь, Виктор Крам замечает, что его противник Линч летит к снитчу, и несётся вслед за ним. Два ловца выходят в пике за золотым мячиком, но Линч во второй раз врезается в землю и тут же исчезает под ордой разбушевавшихся вейл.
В результате Виктор Крам благополучно поймал снитч, но даже это достижение не смогло принести победу сборной Болгарии. Игра заканчивается со счётом 170:160 в пользу Ирландии.
Из-за разбушевавшейся толпы и всеобщего гама Сиерре так и не удалось улучить момент встречи с Перси, так как тот довольно быстро покинул ложу вслед за Краучем, беседовавшим с министром магии. Тогда девушке не оставалось ничего другого, как начать веселиться вместе со всеми.
Уже в палаточном городке близнецы устроили безумные танцы под песни собственного сочинения, привлекли к этому сопротивляющуюся и визжащую Купер, а Сиерра тихонько сидела на траве и пила чай с лимоном, грея о термос озябшие руки.
И все казалось таким правильным и радостным в этот миг, пока шум веселья и радостные крики не стали приобретать оттенки страха, паники и отчаяния. Сиерра нахмурилась и тут же встала, пристально вглядываясь в толпу. Вскоре стало понятно, что случилась какая-то беда: люди срывались со своих мест, бросали собственные вещи и бежали как можно дальше, не разбирая дороги и не пытаясь помочь тем, кто упал на землю: их просто втаптывали в грязь.
Всеобщее безумие заразило многотысячную толпу людей, которые еще недавно улыбались друг другу и делились выпивкой. Когда Сиерра бежала вместе со всеми, инстинктивно пересчитывая своих друзей, отовсюду только и слышалась одна фраза, вызывавшая неподдельный ужас.
Пожиратели смерти здесь.
