— Ваш слуга просит прощения за глупость, друг друга Отца Вестри, — сказал Валин, наморщив лоб в раздумье, — но он не понял. Разве не все дороги идут в обоих направлениях?
Хорошо, что цверг чуточку расслабился и впадал в официальный стиль речи лишь время от времени. Низкопоклонство никогда не приводило Йена в восторг. Спасибо еще, цверг не знал, что Осия и есть Отец Вестри, а то бы от него такой уступки не дождаться.
— Честно говоря, юноша, почти все, — сказал Осия. — Но не все.
— Я… не понимаю.
— К примеру, некоторые Скрытые Пути ведут только в одну сторону. И время, хоть оно способно течь быстрее и медленнее, течет только в одном направлении.
— И так всегда должно быть?
Если это и не глупый вопрос, то ответ на него Валину все равно не понять. Тем не менее Осия был неизменно терпелив с цвергом — да и самим Йеном, честно говоря.
— Никто не в силах обогнать время. Знаешь историю про Аса-Тора и его визит к Утгарда-Локи?
— Локи? — Глаза цверга расширились.
— Локи, Хёнир и Тор путешествовали вместе, а Утгарда-Локи был великаном, который принимал их троих однажды вечером в своей пещере. За едой и питьем Тор, как обычно, расхвастался и допек хозяина пещеры. Поэтому он позвал рыжеволосого человека, и тот вызвался переесть Локи, Аса-Тору предложил поднять его кошку, а Хёниру — обогнать хромую старуху. Все трое асов проиграли, поскольку рыжеволосый человек был сам Огонь, а никто не съест больше, чем Огонь, кошка была брюхом Оробороса, Мирового Змея, и даже Тору не под силу поднять мир, а старуха была Время, и никому не дано обогнать Время, даже быстроногому Хёниру.
Когда Осия рассказывал истории, время текло куда быстрее и приятнее. Вчера история о Погоне за Хёниром сопровождала их от завтрака к обеду, полная версия истории о Боинн и Лососе Мудрости довела их до ночевки, а сегодня история про Утгарда-Локи — до деревни.
Единственное, что с натяжкой можно было бы назвать гостиницей в деревне, — это охотничий домик маркграфа, длинный, низенький, крытый камышом. Высокие окна были закрыты ставнями, а вход заперт.
Очень жаль. Если бы тут был кто-то из свиты маркграфа, они могли бы пустить в ход имя Йена и раздобыть несколько коней…
Вдали раздался стук копыт. Копыта стучали все громче, и Валин энергично нырнул в заросли возле дороги.
Осия улыбнулся.
— Сыны Вестри — не самые храбрые существа, но я их все равно люблю.
— У него хватило храбрости добраться до Хардвуда с предупреждением.
— Это да. — Осия опустил рюкзак на дорогу и оперся на посох.
Йен тоже снял рюкзак и проверил, легко ли ходит в ножнах «Покоритель великанов». Он, конечно, бессилен против отряда солдат, с другой стороны, Огненный Герцог научил его простому трюку: иногда проще сблефовать.
Из-за поворота показалась группа из двадцати всадников в черно-оранжевой форме Дома Пламени. На концах их копий трепетали синие флажки.
Синие?..
— Дом Неба, — ответил Осия на незаданный вопрос. — Отряд отправлен Отпрыском, то есть от всех Доминионов, а не только от Дома Пламени.
— А это обычное явление?
— Нет.
Всадники замедлили ход, приблизившись к месту, где их ждали Йен и Осия. Они не были закованы в доспехи с ног до головы, но у каждого копейщика висел отполированный щит на свободной руке, а другую руку защищал рукав кольчуги, видимой из-под плаща, и латная рукавица. Головы солдат венчали остроконечные шлемы с «наносниками».
Командир отряда — у него на щите были три красные и серебряные полоски, означавшие, что он является ординарием Дома Пламени, — ловко бросил щит всаднику по правую руку и непринужденно спешился.
— Йен Серебряный Камень, — сказал он, улыбаясь одними губами. — Рад встретить вас здесь.
Бранден дель Бранден все еще носил усы, но его подбородок был гладко выбрит. Видимо, бороды вышли из моды в Доме Пламени, а Бранден дель Бранден был человеком стиля.
Ростом чуть ниже Йена, он являл собой компромисс между худобой Йена и широкими плечами Торсенов.
Не считая запястий, толстых и мускулистых, как у Йена. Кистей мечника. Ординарий Дома Пламени в первую очередь является воином, а запястье — это ось, вокруг которой вращается мир меча.
Йен плохо знал Брандена дель Брандена, но тот ему не нравился. И дело не в том, что он явно запал на Мэгги, — Йен понимал, что в случае чего Торри приструнит его; просто самоуверенность молодого ординария действовала ему на нервы. Бранден дель Бранден, которому не исполнилось и тридцати, без затруднений правил Фалиасом, пока не прибыл новый герцог.
Может, это просто зависть, стремление к стабильности. Старший сын Брандена дель Брандена Старшего, он унаследует не только обязанности отца, но и его место.
Теперь, пожалуй, его очередь… Йен выступил вперед и протянул руку. Бранден дель Бранден принял ее.
— Приятно видеть и вас, — сказал Йен.
— В самом деле? И почему же?
— Потому что это вежливость?
— А почему бы и нет?
— Не понимаю, почему человек, которого обитатели Вандескарда считают Обетованным Воителем, рад видеть ординария Дома Пламени. — Бранден дель Бранден говорил вроде бы небрежно, но в его словах явно крылась угроза.
