Попытался дозвониться — все телефоны отключены. Ну, делать нечего — поехал домой. А там уже какие-то совершенно посторонние люди его мебель на улицу выносят.
— Вы чего творите? — удивляется мужик.
— То есть как это — чего? Мы эту квартиру еще месяц назад купили, вот — заезжаем…
Поехал в свою старую квартиру, ту, что хрущевка — а там уже полгода как кто-то живет. Мужик вообще в непонятках — что происходит! Ну, деваться некуда — пока решил перекантоваться у родственников, а попутно ищет своих работодателей. Еще через пару недель тормозят шикарный Мерседес мужика ГАИшники, и заявляют, что доверенность, по которой мужичок катался, отозвана, а сама машина заявлена в угон.
Живет мужик у родственников, без машины, без квартиры, без работы… попивать с горя начал — и тут начинают поступать звонки от контрагентов.
— Уважаемый, вы у нас никель покупали? Покупали! Отсрочку платежа мы вам дали? Дали! Так время-то уже прошло, когда платить будете?
И таких звонков — каждый день с десяток!
По идее, в этом месте следует сделать какое-нибудь заключение, красивый вывод, да из истории все понятно. Развели мужика красиво… что называется — «учись работать без отмычки»!
Это сегодня срочники за два года службы выпускают, в лучшем случае, магазин из Калаша, да и то редко. Чаще — пять-десять патронов, и хватит. Есть более увлекательные занятия — маршировать, подметать и красить траву в зеленый цвет. В советские времена с этим делом обстояло несколько иначе, а уж на подготовку чекистов не жалели ни средств, ни патронов.
Уже перед самым выпуском небольшую группу будущих ГБшников забросили в подмосковный лес. Забросили их, естественно, не просто так, а с пайком на пару дней, сигнальными минами, оружием, холостыми патронами, и, конечно же, учебной задачей: перехватить учебно-диверсионную группу.
Полдесятка молодых и зеленых, но почти чекистов, оружие, лес, и никого вокруг… естественно, первым делом расставили сигнальные мины на подходе к деревушке, к которой и должен подойти условный противник, а дальше — игра в войнушку, как в пятом классе, но с настоящими автоматами и даже одним пулеметом, который вручили прибалту Тоомасу, как самому здоровому и крепкому из всех.
Да только, вот незадача, автоматы — с компенсаторами, а потому очередями шмаляют совершенно замечательно, а вот пулемет… пулемет, хотя здоровый и тяжелый, и с рожком на 45 патронов, но без компенсатора, а потому после каждого выстрела холостым патроном приходится передергивать затвор и отправлять в патронник новый патрон. В общем, Тоомасу кайфа вообще никакого:
— Вот сволочи! Мало того, что оккупировали, так еще и пострелять не дают!
Разумеется, эта фраза была произнесена с характерным тягучим прибалтийским акцентом. К вечеру уже и патроны на исходе были… тут один из чекистов, Костя, и предлагает:
— Мужики, а давай все оставшиеся патроны зарядим в рожок от пулемета, вставим его в автомат, и ка-а-а-ак дадим очередь!
Против никто, по большому счету, и не был. Кроме прибалта:
— А зарядим, конечно, в твой автомат?
— Нет, ну зачем обязательно в мой? Хочешь, давай мне пулемет, а сам бери мой автомат, туда и зарядим…
Сказано — сделано. Напихали полный пулеметный рожок маслят, зарядили его в автомат, который перекочевал к Тоомасу, Костя же забрал РПК. Как уже было отмечено, патронами будущих ГБшников снабжали на славу, а, уж тем более, холостыми — этого добра вообще не жалко, так что еще в каждый автомат и пулемет по десятку маслин осталось.
Три часа ночи… чекисты перекусили и приготовились к финальному рывку, призванному прикончить остатки патронов, как сработали расставленные вокруг деревушки шумихи. Диверсанты прибыли! Собаки в поселке залаяли, коровы замычали, овцы заблеяли, окна в домах начали зажигаться… тоже, бедная деревушка… ее-то жители, вроде как, и ни при чем!
Отбросив недокуренные сигареты, ГБшники бросились на перехват. Первый — Тоомас с АК и рожком на 45 патронов. Зажав гашетку плюющегося огнем и усыпающего траву гильзами автомата, с улыбкой до ушей, вопя что-то на своем родном языке, прибалт несся к деревушке. За ним — Костя, шмаляя одиночными из пулемета, а уж затем — все остальные. И вот, в тот самый момент, когда чекист выжимал спусковой крючок РПК, Тоомаса, находящегося всего метрах в трех впереди, угораздило оступиться, и перекрыть линию огня. Заряд порванного в клочки пластика и раскаленных пороховых газов угодил прибалту прямо в спину… но тот в горячке боя ничего не заметил!
Обезвредив диверсионную группу, в обычно время сидевшую за соседними партами, отрапортовав об успешном выполнении задания, агенты, уставшие, но довольные, отправились в палатку, на заслуженный отдых.
И вот тут, снимая гимнастерку, Тоомас заметил:
— Черт побери! Болит-то как! Наверно ударился где-то…
И даже при тусклом свете фонаря Косте было отлично видно, что вокруг того места, куда угодил выстрел, спина прибалта превратилась в один сплошной синяк.
— Да-да, ударился, — поспешил подтвердить чекист.
