А получается теперь, что и техника на работопригодность не проверена, и я, малость про физические движения подзабывший, к этой технике совсем не приспособленным оказаться могу. Подозреваю я, что может не получиться вот так вот запросто взять да и поехать после того, как я это упражнение последний раз тридцать три года назад проделывал. Вот с трусцой, к примеру, у меня таких жутких подозрений не возникало. И потому не возникало, что ходить-то я все эти годы ни на один день не прекращал. Пусть и понемногу, пусть и не по лестницам, но шагал же! Ножками двигал, коленки подгибал и тазобедренными суставами в полном объеме пользовался. Ну а ходить – это же все одно что бежать. Только ноги почаще переставлять требуется, да и вся недолга. Ну а тут-то совершенно другое! Тут же ехать требуется, а я в последние десятилетия в нуждах процесса «ехать» свое собственное тело использовал не больше, чем для нажатия на педальки газа и тормоза. А если в поезде, такси или в самолете каком, так и тем малым пренебрегал. Не нажимал ни на что и просто ехал.
В общем, заопасался я, что не выйдет ничего и придется мне по новой катанию на велосипеде обучаться. Вот только теперь папы, который сзади за седло придерживать будет и на бегу меня «мешком кривоногим» обзывать станет, к моему глубочайшему сожалению, не окажется и все придется делать самому. Взгрустнулось мне после этого. О папе больше, чем о велосипеде, но тут я вспомнил кое-что и образованности своей сильно порадовался. А вспомнилось мне о том, что среди физиологов и прочего сведущего народа бытует такое мнение, будто тот, кто один раз на велосипеде кататься научился, уже никогда, как это делается, забыть не сможет. Некая мышечная память у человеческого организма существует, оказывается. Это все равно как ложку держать, носом сморкаться и на своих двоих пешочком ходить. Ни за что мимо рта не пронесешь, пальцем мимо ноздри не промахнешься и, с какой ноги поход начинать, ни в жисть не забудешь. Ну, вернее, мышечная масса не забудет и, как только в том нужда случится, даже тебя не спросясь, сама в нужном месте сократится, а то, может быть, даже и растянется, и необходимое действо в полном объеме произведет. Тебе только и останется, что удивляться, как это без твоего контроля пальцы на ложечном черенке в правильную позицию завились, а правая нога поутру поперед левой первый шаг от кровати сделала.
Так что нечего мне тут опасаться. Просто нужно с разбегу в седло запрыгнуть, за руль покрепче ухватиться и вперед бодрым взглядом впериться, а дальше та самая мышечная память на свет Божий явится, седую пыль веков с себя стряхнет и должным образом мои ноги на педалях крутиться заставит. А заодно и тело мое, поверх седла расположившееся, таким правильным образом в пространстве разместит, что обретет оно несказанное равновесие и ни за какие коврижки от вертикальной позиции отклоняться не станет. Потому как не сможет. Мышцы вместе с памятью не дадут.
Но это в теории.
А на практике оказалось, что физиологические теории и народное мнение не совсем про меня. Оказалось, что мышцы мои либо полные маразматики и в глубокой амнезии пребывают, либо после той штанги еще в себя не пришли и прошлое вспоминать им сильно больно и абсолютно лень. Я, пока в седло громоздился, из-за такой потери памяти два раза вместе с велосипедом на газон прилег. В первый раз – потому как целиком на велосипед взобраться не получилось, и я, сбоку к нему тяжелой грушей прилепившись, всем своим весом и его, и себя в сторону земного притяжения увлек. А второй – это когда я ногу на раму закинуть-таки умудрился, но, на велосипедной вершине оказавшись, равновесия никакого не обрел и, немного в разные стороны поколебавшись, все-таки левой стороне предпочтение отдал. Туда, влево, и завалился. Велосипеду-то что? Он-то сверху, он-то на мягком, а я сильно пострадал, потому как телом о траву как следует ушибся.
В итоге, мышечную память «дурой обозвав» и как следует напрягшись, в седло я все-таки влез и вопреки этой амнезийной калеке даже равновесие поймать умудрился. Велик крякнул натужно и от удивления на обоих колесах восьмерки выдал. Рама, когда амортизаторы хваленые до конца сжались, в двух местах погнулась немного, но ничего, выдержала, не развалилась. Вот же техника! Вот это качество! Не зря продавцы, дай им Бог крепкого здоровья, так в ее живописании усердствовали. Практически ни одним словом не обманули. В общем, в конце концов взгромоздился я поверх велосипеда и, про себя помолясь, поехал. За крепким здоровьем и стройностью тела поехал.
