Бал Цветов (СИ) полностью

— Вот бы ты повторил это моей двоюродной тётке по отцу, Тигридии Павлиньей. Она профессор истории и прочла бы тебе лекцию о "лилиях"!

— И что бы она сказала?

— А то, что на гербе Флоренции изображён ирис, а вовсе не лилия. Эта ошибка распространилась в народе из-за стилизованного изображения цветка.

— Не-мо-жет-быть, — деланно изумился Гиацинт.

— Точно, Ирис, — подтвердил Джордано. — Она бы показала документы, где написано о священных ирисовых полях возле Флоренции. Они и сейчас есть, там живут наши знаменитые флорентийские парфюмеры[2]. Кстати, и на французском гербе тоже ирисы, причём не самые знатные: из рода Болотный Жёлтый. Они помогли вашему королю Хлодвигу взойти на трон в древние времена.

— Вот так всё и узнаётся, через века! — развёл руками Гиацинт, хотя не верилось, что он так уж сильно потрясён этой историей.

Джордано продолжал:

— Пока Флоренция была вольным городом-государством, а потом, в Тосканском Герцогстве, всегда правили Ирисы. Моя тётка, Тигридия Павлинья, в близком родстве с Ирисами, но её предки только к XVI столетию приехали из Мексики, а Ирисы правили и в Греции, и в Древнем Египте, и в Риме. Это почти 4000 лет. Тётка Тигридия живёт во дворце Медичи-Рикарди и ужасно кичится своим двойным родством с исторической и нынешней правящими фамилиями. Всем и каждому она обожает рассказывать о "самозваных Лилиях" на нашем гербе; ясно, что я как сын её двоюродного брата…

— …пользуешься особым благоволением и ещё с детства стал её излюбленной жертвой, — продолжил его мысль Гиацинт.

— Точно! Но эти сведения подтверждены фактами, раз ты читаешь мысли, то не станешь этого отрицать, — веселился Джордано.

Гиацинт прекрасно знал историю, поэтому ничего не отрицал. Напротив, склонив голову набок, мягко предупредил:

— Прости, Джордано, но во Франции о некоторых исторических фактах не рекомендуется говорить вслух, особенно при дворе. Именно потому, что сведения достоверны, никому не нравится слышать, что Три Лилии у нас незаконно захватили власть после падения дома Валуа`, (а по сути Ирисов Медичи), которые по тем же причинам предпочитали называться "Лилиями". Всё это привело к изрядной путанице в смене династий, и нынешние Розы не слишком любят вспоминать о своих предшественниках. Они ведь близкие сподвижники Трёх Лилий и помогали им в борьбе за трон.

Там, откуда я родом, это отнюдь не тайна. Гасконцы помогли Генриху Наваррскому и его Маргаритке прийти к власти, и ещё помнят, как это делалось. Но во всех школах детям с первого класса твердят о золотых королевских лилиях — едином гербе всех королей династии Капетингов, но особенно — Трёх Лилий, династии Бурбонов. Это не история, это политика. Так что…

Граф Георгин благодарно кивнул и оглянулся по сторонам.

— Я понимаю. Мою семью в Тоскане некоторые тоже считают захватчиками трона Ирисов. Хотя мы никогда не воевали за это герцогство! Вообще, сколько династий сменилось в мире за последние сто лет!

— Знаешь, Джордано, надо тебя познакомить с Розанчиком — это мой друг. Вот бы кому действительно не мешало послушать лекцию о "лилиях".

— А где он сейчас?

— Понятия не имею, я же не ясновидящий. — (При этих словах Джордано улыбнулся с сомнением). Гиацинт продолжал: — Он паж принцессы Бьянки. Причём любимый паж. Носится где-нибудь по ее люб… придворным делам. Вообще-то, он мне нужен для важного разговора, так что попозже надо его найти. Или он сам примчится, если будут очередные неприятности.

Что бы Гиацинт ни говорил, но дар предвидения у него был безотказный…

.

[1] По "тяжелому наследию Римской империи", область Прованс называется просто Провинция. Так же как немецкий город Кёльн это Колония.

[2]корневища ирисов, знаменитый “фиалковый корень” используют в парфюмерии для изготовления бальзамов и масел, а также в медицине, как средство от кашля и даже от укуса змей.

Розанчик всё это время развивал бурную деятельность. Убедившись, что оторвать сестру от танцев с принцем положительно не удастся, он бросил бесполезное занятие и вернулся к государственным делам.

Паж действительно передал Бьянке записку от её жениха, который, судя по времени, уже караулит принцессу в её комнате.

Даже Розанчик не знал, что Скарлет тоже получила сегодня любовное послание. Английский посол, лорд Гладиолус, (вопрос о родственных связях которого вызвал такой интерес за карточным столом) встретил принцесс, шествующих из Тронного зала в свои покои. Поклонившись Скарлет, лорд вручил ей ещё одно "собственноручное послание", на этот раз, написанное не рукой её величества Лилибэт. Обе сестры с одинаковым нетерпением влетели в свои комнаты так быстро, как это только позволял дворцовый этикет.

— Клавель, дорогой, как я рада тебя видеть! — воскликнула Бьянка, едва переступив порог своих покоев.