Н е с т е р о в. Так точно, товарищ полковник.
Г о л о с. Товарищ капитан, к вам на прием просится один гражданин, уверяет, что у него чрезвычайно важное дело.
Н е с т е р о в. Пригласите.
А л о в. Ну, это вы оставьте, капитан. Тем и сильна наша советская милиция, что в ее работе помогает и в ней участвует народ. Ну, а огрехи да прорехи, где они не бывают.
Ч е л о в е к. Простите за мою настойчивость, но мне нужны именно вы.
Н е с т е р о в. Почему именно я? Вы меня знаете?
Ч е л о в е к. До этого времени не имел чести. Но у вас внизу мне сказали, что этим делом занимаетесь именно вы.
Н е с т е р о в. Каким делом?
Ч е л о в е к. Вот этим.
А л о в. Садитесь, пожалуйста.
Ч е л о в е к. Благодарю. Разрешите представиться: Чибисов Сергей Петрович.
А л о в. Полковник Алов, капитан Нестеров.
Ч и б и с о в. Очень приятно.
А л о в. Сергей Петрович, что вам известно об этом человеке?
Ч и б и с о в. Совсем немного. Видите ли, я пенсионер, год, как вышел на пенсию, время мне теперь девать некуда, вот и пристрастился я, так сказать, к спорту. Нет-нет, не подумайте, что я на старости лет решил стать олимпийцем, я просто болельщик, болельщик «Спартака», особенно в футболе! И сижу всегда на Западной трибуне, десятый-двенадцатый ряд. Это примета: сядешь куда-нибудь еще — «Спартак» обязательно проиграет! Вы извините меня, что я так пространно объясняю, но дело в том, что на стадионе я и познакомился с этим гражданином. Нет, вы ничего такого не подумайте, я даже не знаю его имени-отчества, но он такой же страстный болельщик «Спартака», как и я, и, как и я, не пропускает ни одной игры! А сегодня я случайно на доске объявлений у своего отделения милиции прочел вот это. Извините, но не удержался и сорвал и положил к себе в карман. Я подумал: ведь сегодня 20 сентября и как раз сегодня «Спартак» играет с киевским «Динамо»! Разве такой матч истинный болельщик может пропустить!
Н е с т е р о в
Ч и б и с о в. В Лужниках, как всегда, в 19 часов.
А л о в. Сергей Петрович, могли бы вы оказать нам огромную услугу?
Ч и б и с о в. Ваш покорный слуга!
А л о в. Вы поедете с нашими людьми на стадион. Разумеется, все они будут в штатском. И в случае, если вы опознаете преступника, дадите нам знать.
Ч и б и с о в. Буду рад, если смогу вам чем-нибудь помочь!
Н е с т е р о в
А л о в. Собирайтесь, капитан, вызывайте оперативную группу.
Н е с т е р о в. Слушаюсь, товарищ полковник!
М у ж ч и н а. Могу я узнать: за какие такие коврижки-провинности меня, словно редьку из грядки, вытащили со стадиона и доставили сюда в милицию?
А л о в. Ваша фамилия?
М у ж ч и н а. Бумажник у вас на столе, а в нем все документы. Ну, Лапшин Семен Кирьянович, пятьдесят второго года рождения, работаю сварщиком, холост, не судим. Что еще?
А л о в. И больше вам нечего о себе рассказать?
Л а п ш и н. Дать интервью о своей прожитой жизни? Я не знаменитость, рядовой труженик.
А л о в
Л а п ш и н. Чего? Какого еще преступления?!
Н е с т е р о в. В убийстве человека.
Ц в е т о в а. И в ограблении.
А л о в. Похитили серебряную церковную чашу.
Л а п ш и н
А л о в. Сядьте!
Л а п ш и н. Какое убийство, какое ограбление, какая чашка?!
А л о в. Запираться бессмысленно, Лапшин. У нас имеются против вас неопровержимые улики.
Л а п ш и н. Какие улики?! Где? Вы что, с ума спятили?!
Ц в е т о в а. Выбирайте выражения, Лапшин…
Л а п ш и н. А тут уж не до вежливых манер, такое на человека наворочать!!
А л о в. Ну что ж, терять попусту время не будем. Товарищ капитан, включите проектор.