— После окончания войны и захвата дворца в этот павильон были складированы все вещи, связанные с кровавой магией. Рукописи, свитки, книги, магические предметы и атрибуты для ритуалов. Павильон закрыли, а матушка запретила кому-либо приближаться к нему, — отвечает ведьма, перелистывая жёлтые страницы. — Считай, мы нарушаем приказ Верховной Жрицы.
Эмрис пугливо ойкает.
— Не волнуйся, — улыбается Карлетт. — Я получила разрешение от матушки находиться тут.
— Вы считаете, в одной из этих книг есть информация об озере Правды?
— Градэн Жулиа не стал бы намекать на это место просто так. Должно быть хоть что-то, — Карлетт закрывает книгу и придвигает к себе несколько свитков. — Этим рукописям сотни лет. В одной из них точно найдётся упоминание об озере.
Затхлый, пыльный воздух проникает в лёгкие, заставляя девушку закашляться. Карлетт убирает свитки в сторону и, взяв подсвечник с наполовину сгоревшей свечей, идёт в сторону покрытых паутиной стеллажей.
— Моя Шерон, — начинает Эмрис осторожно. — Что будет, если вы не найдёте путь к озеру? Или не успеете дойти?
Карлетт останавливается, занеся руку над книгой в красной кожаной обложке. От подрагивающего пламени свечи на лицо падают тени.
— Я не хочу об этом думать, Эмрис, — тихий бесцветный голос кажется оглушающим в тишине закрытой библиотеки.
Фамильяр кивает. Карлетт ставит подсвечник на полку и достаёт фолиант. На красной коже чёрным выбита надпись на старолеурдинском. Книга хрустит, когда ведьма открывает её на первой странице в надежде найти полезную информацию. Приписка в уголке страницы, написанная, к удивлению Карлетт, на древнем ведьмовском языке, гласит: «
Ведьма хмурится и перелистывает слипшиеся от времени страницы. Кривые буквы иностранного алфавита сливаются в непонятную для Карлетт кашу. Как бы ни была ведьма языковедчески подкована, старолеурдинский ею не изучался. Карлетт переворачивает очередную страницу, но на месте текста криво вырезанный прямоугольник внутри которого лежит продолговатая деревянная шкатулка. Карлетт удивлённо моргает. Она вытаскивает шкатулку, убрав фолиант в сторону. Деревянная поверхность неестественно гладкая и холодная, а сама шкатулка лёгкая настолько будто сделана из бумаги. По бокам изделие украшено извитой резьбой.
— Что это? — любопытствуя, заглядывает через плечо Эмрис.
Карлетт пожимает плечами и щёлкает кованным замочком. Внутри пожелтевший, перевязанный бечёвкой конверт. Твёрдая пористая бумага неприятно шуршит между пальцев. На тёмно-бордовой, почти чёрной печати изображено дерево. Одна его сторона покрыта густой листвой, другая же, наоборот, лишена растительности. Карлетт аккуратно вскрывает конверт. От старой бумаги в стороны летят крошки пыли.
— Что там? — спрашивает Эмрис.
Карлетт достаёт сложенный несколько раз рваный листок.
— Похоже на часть карты, — отвечает Карлетт, разглядывая рисунок на старом пергаменте.
На стёршемся рисунке плохо угадываются очертания границ, рек и городов. Ведьма внимательнее вчитывается в названия.
— Не могу понять, что за язык. Что-то среднее между старолеурдинским и древним ведьмовским. Карта какой это страны? — хмурится Карлетт. — Подожди, тут ещё что-то есть.
Девушка достаёт из конверта письмо. В размытых чернилах с трудом различаются очертания букв, записанные кривоватым, дрожащим почерком. Карлетт зачитывает:
«
Надеюсь, ты благополучно добрался до родных земель. Выполняю условия нашего уговора и отправляю тебе твою часть карты. Свою половину я уже спрятал. И пусть мне претит мысль о том, что путь к озеру Правды должен быть забыт, я сдержу своё слово.
Это было удивительное, незабываемое путешествие. Я благодарен святым Альдьере и Альбьору, что связали мою жизнь с тобой, пусть и на такой короткий срок. Был рад знать тебя.
Твой верный друг, Лист».
Карлетт дочитывает письмо, переводит с него взгляд на карту и обратно, снова, а затем поднимает его на Эмрис. Понимание приходит не сразу, и ведьма перечитывает текст письма ещё несколько раз вместе с этим пробегаясь глазами по куску карты. У Эмрис, быстро прочитавшей текст письма через плечо Карлетт, в глазах загорается радость.
— Вы смогли? Моя Шерон, вы смогли найти путь к озеру!
— Не спеши, — качает головой ведьма. — Это лишь часть карты, и неизвестно, где находится вторая. Тот, кто написал это письмо, навряд ли ещё жив.
— Но ведь это лучше, чем ничего, правда? — улыбается Эмрис.
Карлетт копирует её улыбку и согласно кивает. Девушки выходят из библиотеки и расходятся по своим комнатам. Спальня ведьмы залита солнечным светом. Красивым бликом мерцает тёмное стекло винной бутылки. Карлетт откупоривает пробку, делает глоток и садится за письменный стол, зажигая свечу. Вертит в руках письмо, перечитывает ещё раз.
— Святые Альдьера и Альбьор, — хмурится девушка. — Хм, Леурдин? Но какой из?
