Сам же Иениш, вволю наобщавшись с представителями политических и экономических сословий империи Цин, все дальнейшие дела предпочел бы решать исключительно с представителями ее военно-морского флота. Чему способствовала и немалая кастовая солидарность военных моряков. Да и сам адмирал вызывал у Иениша симпатию. Все же, в отличие от многих высокопоставленных цинских высших офицеров и чиновников, он не был трусоватым ворюгой и по праву занимал свою должность командующего сильнейшим из китайских флотов. К тому же вокруг себя он смог собрать подобных себе офицеров, и лишь слабое материально-техническое обеспечение не позволило ему показать японцам все, на что был способен его флот.
– Здравия желаю, господин адмирал, – отдал честь Иениш, стоило ему зайти в кабинет командующего. Дождавшись, когда ставший почти его тенью господин Цун переведет, он продолжил: – Сложившиеся обстоятельства вынуждают меня украсть часть вашего драгоценного времени, поскольку иного выхода из проблемы, кроме как ваше личное вмешательство, я не вижу.
– Здравия желаю, господин Иениш, – на европейский манер поприветствовал гостя адмирал. – Прошу присаживаться, – он указал рукой на шикарное кресло. – Спешу лично поздравить вас с воинскими успехами, достигнутыми во время недавнего сражения. Это же надо было такому случиться, что наиболее сильный урон японцам нанесут два самых малых корабля флота. Знал бы заранее о ваших несомненных талантах, отдал бы под ваше командование все имевшиеся в наличии миноносцы. Но теперь-то уж поздно что-либо говорить. Сделанного не воротишь, – адмирал все же не смог побороть в себе столь распространенную среди высших сословий империи привычку подходить к обсуждению непростого вопроса издалека.
– Благодарю за столь лестную оценку наших действий, господин адмирал. Мы старались выполнить взятые на себя обязательства с максимальной эффективностью.
– И вам это удалось, господин Иениш. На лейтенанта Вана я уже подготовил приказ для получения следующего чина, вас же, как добровольца, я могу лишь лично поблагодарить и выразить свое искреннее восхищение.
– Если вы позволите, господин адмирал, то в качестве награды вы могли бы поспособствовать мне в разрешении одной проблемы. Как вам может быть известно, моему экипажу удалось спасти от затопления и взять в качестве трофея японскую канонерскую лодку «Акаги». Скажу честно, будь на ее месте что-нибудь более быстроходное и мореходное, я бы с удовольствием оставил подобный корабль себе. Но в силу задач, к которым я и моя команда планируем приступить в скором времени, тихоходная канонерская лодка нам не очень подходит, и мы хотели бы предложить империи Цин выкупить этот корабль за весьма скромную сумму.
– Хм. Раз вы прибыли с данным вопросом ко мне, те, к кому вы обращались ранее, отказали. Я прав?
– Абсолютно верно, господин адмирал. Чиновники, что весьма настойчиво предлагали мне безвозмездно передать наш трофей Бэйянскому флоту, уже получили от ворот поворот. В настоящее время канонерская лодка ремонтируется нашими силами и за наш счет, что с каждым днем лишь повышает ее окончательную цену для того, кто пожелал бы приобрести данный корабль. Хоть мы и называемся добровольцами, вам прекрасно известно, что мы наемники. А наемник – это человек, который воюет за деньги. И коли за нашу службу ваше правительство не согласилось выплачивать нам ни одной копейки, хотя бы не отказывайтесь от договоренности о призах. Мы ведь не просим ничего сверх оговоренного.
– Что же, все так, господин Иениш, – тяжело вздохнул адмирал. – Хоть у нас в стране и не принято говорить так прямо, я приму предложенный вами характер ведения беседы. Мне известно, сколько вы запросили за канонерскую лодку, и скажу честно, это слишком большие деньги. Моя страна из-за начавшейся войны находится не в самом лучшем финансовом положении, и все излишние траты будут ложиться на нее неподъемным грузом, – при этом он скромно умолчал, что десятки миллионов лян, на которые давно облизывались и флоты и армии всех провинций, были отложены на празднование юбилея императрицы, и покушаться на них даже ради восстановления флота было сравни самоубийству.
– Не сомневаюсь, что это так, господин адмирал, – кивнул Иениш. – Но скажите мне, что сейчас более ценно для вашей страны – звонкий металл монет или крепкая сталь боевого корабля? Что скорее поможет вам противостоять противнику – деньги, лежащие в банке, или снаряды, летящие в сторону противника? Уж извините за прямоту, но вы потеряли слишком много кораблей в прошедшем сражении. Да, японцы тоже понесли потери, но они ни в коем разе не сравнимы с вашими. И это есть факт, господин адмирал. Я же предлагаю вам возможность хоть немного изменить баланс сил в вашу сторону, чтобы после окончания ремонтных работ на пострадавших кораблях вы вновь смогли бы сойтись в схватке с японской эскадрой.
