В целях запутывания противника, адмирал Романов принял решение атаковать на следующее утро не вновь Себенико, как его пилоты проделывали это прежде с Каттаро, а сразу главную базу австро-венгерского флота, переход до которой должен был занять всю ночь. Если уж командование противника уже получило информацию о тактике действия его авиационных сил в прежние дни, оно вполне могло предположить, что и 5-го марта налет вновь будет осуществлен на прежнюю цель, покуда там не закончатся корабли, как это имело место быть на первой, откровенно разгромленной, стоянке флота. К тому же, ему уже успели доложить, что столь интенсивная эксплуатация аэропланов, никак не сможет продолжаться долго. Возможно два, или же три вылета оставшиеся самолеты смогут совершить без особых проблем, но после потери пойдут одна за другой без всякого воздействия противника. Просто-напросто начнут сбоить, а то и вовсе отказывать прямо в полете, двигатели, уже сейчас начинающие показывать признаки износа. И если пилоты армейской авиации всегда имели возможность пойти на вынужденную посадку, дабы спасти свой самолет, то в условиях распростертого повсюду моря, подобное развитие событий означало конец, как для машины, так и, с большой долей вероятностью, для экипажа. Потому прежде, чем все начнет сыпаться, надлежало нанести удар булавкой в самое сердце вражеского флота.
Удалось ли двум дюжинам, поднятым на следующее утро в небо, «торпедоносцев» устроить местечковый «налет на Перл-Харбор»? Скорее все же нет, чем да. Не то количество самолетов и не те средства поражения имелись в распоряжении Черноморского флота при организации побудки своим австро-венгерским коллегам. Ну невозможно было уничтожить весь линейный флот двуединой монархии, используя столь незначительные силы! И это было ой как обидно, поскольку в Поле оказались собраны 99 % боеспособных кораблей Австро-Венгрии. Обе эскадры линкоров, общей численностью в 13 вымпелов; Специальная группа береговой обороны; 1-я и 2-я флотилии миноносцев; отряд береговой обороны Полы. Свыше сотни кораблей всех рангов и предназначений, начиная от небольшого рейдового тральщика водоизмещением в 50 тонн и заканчивая четверкой дредноутов типа «Вирибус Унитис», способных похвастать очень достойным артиллерийским вооружением в дюжину двенадцатидюймовок каждый. Вот по последним и нанесли удар наведавшиеся в гости летчики палубной авиации.
Наверное, по завершении войны, при вложении немалых сил и средств, было бы возможно создать кинематографический шедевр под названием, к примеру, «Побудка в Поле», в котором переживающим зрителям на протяжении часа, если не более, демонстрировали бы все ужасы неожиданного авиационного налета на беззащитный, стоящий на якоре, флот. В реальности же все уложилось в считанные минуты. Учитывая убыль аэропланов и летного состава, на сей раз в вылет были выпущены разом 24 машины оборудованные системой сброса метательных мин. И всем пилотам ставилась задача нанесения удара по одному единственному кораблю — тому, что будет выбран лидером. Именно по этой причине поднявшиеся в небо аэропланы выстроились в строй колонны следом за ведущей парой, да так впоследствии и атаковали. Жертвой же оказался линкор «Тегетгоф», пораженный ниже уровня главного бронепояса аж семнадцатью минами. Все же на результативности ударов сказывались, как неподвижность цели, так и спокойствие вод закрытой акватории гавани.
