«Деньги — кровь войны» — изрек когда-то Наполеон Бонапарт. И этот невысокий корсиканец был чертовски прав! Но также деньги выполняли функцию крови для экономики с политикой, без существования которых любые войны не имели бы никакого смысла. В общем, все в современном мире делалось из-за денег ставших мерилом качества жизни, что отдельного человека, что целого государства. И вот на одну из крупнейших артерий, предназначенных для перетекания этой жизненно необходимой основы из одного кармана в другой, свалилась напасть в лице Восточно-Азиатской крейсерской эскадры Кайзерлихмарине. Очень уж удачной в этом плане вышла для немцев Русско-Японская война. Сперва, явно готовясь к ней, Россия выменяла для себя у Германии полдюжины отличных на то время крейсеров в обмен на полученные от Испании за поставку броненосцев острова. Потом уже кайзер вовремя подсуетился и застолбил за собой Формозу с Пескадорскими островами, за что, правда, тогда уже Германии пришлось расплачиваться, заказывая постройку крейсеров для своего флота на русских верфях. Тех самых крейсеров, что ныне выступали в этом регионе главным пугалом для английского и французского флотов. Да и самим русским тоже стали поперек горла, честно говоря.
Что солидно разросшаяся и обзаведшаяся огромным количеством батарей береговой обороны военно-морская база на Пескадорских островах, что немногим менее крупная, но не менее стратегически значимая военно-морская база в заливе Корон, самим фактом своего существования буквально запирали всю морскую торговлю Европы с Китаем и Японией. Первая, раскинувшаяся посреди Формозского пролива, который разделял Формозу с континентальной частью Империи Цин, стала отличной стоянкой, как для эскадренных броненосцев с броненосными крейсерами, так и для подводных лодок. Вторая, вроде как окруженная филиппинскими владениями Соединенных Штатов Америки, превратилась в идеальное укрытие для легких крейсеров, эсминцев и субмарин, откуда они могли контролировать все Южно-Китайское море. Но если последнюю еще можно было как-то заблокировать, подавив огнем броненосцев орудия береговой обороны, раскинутые по окружающим залив островам, а после, выставив на подходах солидные минные заграждения, то подступиться к первой виделось чем-то из разряда невозможного. Ни полностью блокировать ее своими кораблями, ни перекрыть якорными минами проходы из образованной островами внутренней гавани, не представлялось возможным вообще. Слишком уж вольготно там себя чувствовали германские подводники, успевшие вкусить кровь врага в первый же месяц войны.
Еще на заре получения статуса владельцев данных территорий, немцы сделали великолепный ход конем, пригнав в эти воды свои самые старые броненосцы, эффект от присутствия которых на Балтике или же в Северном море уже становился близким к нулю. И крохотные «Зигфриды», относящиеся к классу броненосцев береговой обороны, и более крупные «Бранденбурги», являвшиеся первенцами Кайзерлихмарине в классе именно эскадренных броненосцев, уже имели практически нулевые шансы уцелеть в сражениях не то, что с дредноутами, а с броненосцами, построенными на закате эпохи этих «утюгов». Зато их насчитывалось аж с дюжину штук, и в качестве охранников своих военно-морских баз ветераны германского линейного флота еще вполне могли послужить. К тому же, самим фактом своего нахождения в этих водах, они заставляли англичан на протяжении многих лет держать в Гонконге и в Индийском океане не менее четырнадцати своих эскадренных броненосцев, не считая кораблей прочих классов. Что, естественно, было весьма накладно, и для тех, и для других, отчего в свою очередь выигрывали подсунувшие немцами данные владения русские. Ведь всё, что в конечном итоге было израсходовано или перевезено для укрепления этих двух военно-морских баз, в первую очередь сказалось на сокращении возможностей германского флота в водах Балтики. Да и в оттягивании срока начала войны обустройство местных баз сыграло свою немалую роль. Точно так же, как Россия, или же Великобритания, Германия не имела в своем бюджете достаточных средств, чтобы поспеть, и здесь, и там, и вон там, за более короткое время. Немцам и так пришлось сильно затянуть с предъявлением своих претензий Российской империи в ожидании прихода в воды юго-восточной Азии десятка своих лучших подводных лодок, которые единственные могли, как надежно защищать подходы к базам от кораблей любого класса, так и сами устраивать охоту на всех подряд. Именно они, субмарины, наряду с дюжиной броненосных крейсеров-рейдеров, стали главной ударной силой Восточно-Азиатской крейсерской эскадры, официальное наименование которой не стали менять даже после прибытия броненосцев, что, как бы, отражало всю суть этого флотского соединения.
