– Смотрите! – призвал друзей Эйнштейн.
Они осторожно выглянули из-за фургона. На входной двери была позолоченная табличка, вот только никто из лам не умел читать. Им оставалось только вытянуть шеи и пытаться рассмотреть хоть что-нибудь сквозь дверное стекло.
Они увидели что-то вроде вестибюля с каменным полом. Справа стоял длинный полированный стол. За столом никто не сидел, а на столешнице им удалось разглядеть какой-то крупный плоский предмет прямоугольной формы.
– Я думаю, это компьютер, – прошептал Эйнштейн. Он очень гордился своими знаниями.
У левой стены вестибюля стояли небольшой диван и два кресла возле низкого круглого столика.
– Что это за место такое? – спросила Петрушка.
– И что Оле собирается делать с награбленным? – добавил Чубчик.
– Понятия не имею, – вздохнул Эйнштейн, которому всегда тяжело давались такие признания.
– Может, нам стоит войти внутрь?
Чубчик, не в силах сдержать любопытство, высунулся из укрытия и сделал два шага в сторону входа.
– А ну стоять! – строго одёрнул его Эйнштейн, потому что в этот момент в вестибюле появилось несколько человек.
Чубчик испуганно отпрянул назад и спрятался за фургон.
– Но-о-о… что же нам теперь делать?
– Мы приведём сюда Кнута, – решил его коричневый в крапинку друг. – Если поторопимся, он ещё успеет взять Оле с поличным, то есть с украденными вещами.
– Но как же ты собираешься объяснить это нашему Кнуту? Ведь даже он до сих пор не научился понимать язык лам, хоть и поумнее некоторых других людей, – заметила Петрушка.
– Нужно просто быть настойчивее. Не сдаваться, пока Кнут за нами не пойдёт, – объяснил Эйнштейн.
– Хотела бы я на это посмотреть! – усомнилась Петрушка.
– Вечно ты драматизируешь! Не лама, а прямо-таки королева драмы, – закатив глаза, упрекнул её Эйнштейн.
– А вот и нет!
– А вот и да!
Пока они спорили, Чубчик наблюдал за входом в здание. Из дверей вышла пожилая госпожа с белоснежными, прямо как у Петрушки, волосами, в сопровождении женщины помоложе.
– Но там правда был чёрный верблюд. Я совершенно точно его видела, – настаивала пожилая дама.
– Да-да, госпожа Шмитц. Конечно, видели, – успокоила её молодая девушка в белом халате. – А теперь давайте-ка пойдём к врачу, измерим давление, хорошо?
Они медленно ушли. Чубчик проводил их взглядом. Его разбирало любопытство: что же это всё-таки за дом такой? Тут молодые люди прогуливались с пожилыми – прямо как Лиза с ламами. Интересно, там у них внутри тоже много вкусного, как у них в стойле? А может, даже побольше? А может, и вкусное там повкуснее? Хотя Эйнштейн строго-настрого запретил Чубчику высовываться, любопытство победило. Его шея вытягивалась всё сильнее и сильнее. Воспользовавшись тем, что друзья были увлечены ссорой, Чубчик сделал шажок вперёд. Потом второй. А потом и третий. С каждым шагом он приближался ко входу в дом.
В этот момент Эйнштейн поднял глаза. К его ужасу, он увидел, как Чубчик радостно топает на другую сторону.
– Чубчик! Ты рехнулся? А ну вернись! – громко проблеял он.
Чубчик, пойманный врасплох, остановился – прямо посреди дороги.
– Да нет же, беги! Быстро! А то тебя собьёт машина, – крикнула Петрушка, которая тем временем тоже заметила пропажу. Чубчик перепугался и перешёл на рысь. Вот только побежал он не назад к друзьям, а прямиком ко входу в здание.
– О нет, о нет, что же он творит? – простонал Эйнштейн.
– Нужно его вернуть. Он же совершенно ничего не соображает, – решительно сказала Петрушка.
Обе ламы посмотрели сначала направо, потом налево. Убедившись, что машин нет, они тоже бросились перебегать дорогу. Но поздно. Из здания вышел высокий мускулистый господин в белой рубашке и штанах. Он взял Чубчика за уздечку.
– А-а-а-а! Отпусти меня, – запротестовал Чубчик и тряхнул головой. Но незнакомец был сильным, а хватка его – крепкой.
– Выходит, госпожа Шмитц всё же была права, – крикнул он кому-то внутри здания, обернувшись. – Тут и правда верблюд.
Потом его взгляд упал на Эйнштейна и Петрушку.
– Да что ж такое! Там ещё двое, – закричал он. – Наверное, сбежали из цирка. Звоните в полицию!
– Мы не верблюды, дурилка ты картонная! Мы ламы, – громко проблеяла Петрушка. Но без толку.
Через стекло двери звери увидели даму в серой блузке. Она подбежала к большому столу у входа и сняла телефонную трубку.
– Охо-хо! – вздохнул Эйнштейн, – Ну и каша заварилась!
– Ух ты, каша! А это вкусно? Где? – оживился Чубчик, забыв, что его за уздечку держит незнакомый человек.
– Это просто образное выражение такое, балбес, – огрызнулся Эйнштейн. – Ты заварил кашу – значит, навлёк на нас неприятности!
– Скоро сюда приедет полиция, – объяснила Петрушка сбитому с толку Чубчику.
– Но… это же отлично! – ответил тот. – Так ещё проще: не нужно бежать домой за Кнутом и пытаться объяснить ему, что мы от него хотим. Он сам сюда явится, а мы уже на месте.
Эйнштейн с Петрушкой озадаченно умолкли и переглянулись.
– Может быть, малыш умнее, чем мы предполагали? – спросила Петрушка своего коричневого в крапинку друга.
