Пабло распахнул глаза ещё шире обычного и забормотал. Вскоре, однако, проявилась отчётливая мелодия. Причём звучала она до странности знакомо. В конце концов до меня дошло: гимн «Ливерпуля»! Весьма неожиданный выбор для фаната «Барселоны».
(Позже Пабло признался, что это была первая песня, пришедшая ему в голову при виде ярко-красного брючного костюма мисс Шайн.)
– В Вас скрыт замечательный певец, мистер Сильва. Вот только мы никак не можем его услышать. Вас что-то нервирует?
Пабло непонимающе вскинул брови.
– Я говорю, нер-р-рвничаете, мистер Сильва?
– А! Нет-нет, миз-з-з Шайн!
– Тогда, пожалуйста, громче. Пойте громче!
Пабло снова запел, на этот раз выкрутив ручку на полную. Надо сказать, несмотря на притворное возмущение и зажатые уши сидевшей рядом Эмили, звуки оказались вовсе не такими душераздирающими, как мы предполагали.
Через пару минут мисс Шайн жестом велела Пабло остановиться, потом некоторое время посидела, щёлкая ручкой в такт собственным мыслям. Судя по всему, с каждым щелчком Пабло становилось всё неуютнее.
– Как все вы знаете, я отвечаю за школьный мюзикл. В этом году мы ставим «Оливера». Премьера через три недели, и мне срочно нужна замена на роль Ловкого Плута. Нынешний Плут, Морис Кейн, подхватил ветрянку. И кажется, я нашла нужного человека.
– Я? – скривился Пабло, наконец осознав, в чём дело. – Нет-нет-нет, миз-з-з! Мюзикл? Это же не круто.
– Какая жалость, мистер Сильва. А ведь я всегда проявляю благосклонность к тем, кто вливается в нашу школьную музыкальную семью... Особую благосклонность.
Я почувствовал, как сидящий рядом со мной Финн беспокойно ёрзает на стуле.
– Уверен, мы сможем убедить Пабло поучаствовать в мюзикле, мисс Шайн, – вмешался он, едва возникла пауза.
Мисс Шайн откинулась на спинку стула и, тихонько покачиваясь из стороны в сторону, вперила в Финна по-ястребиному хищный взгляд.
– Что вы имеете в виду, мистер Фицпатрик?
– Ну, может, взамен вы не станете запрещать приложение, мисс, – нагло предложил Финн.
Мисс Шайн вскинула бровь.
– Вот что я Вам скажу, мистер Фицпатрик. Вы обеспечите мне поющего и танцующего на полную катушку Пабло Сильву, а я вынесу ваше приложение на обсуждение школьного совета. И пусть они сами решают.
Финн поморщился.
– Это всё, что я могу предложить, мистер Фицпатрик, – холодно бросила мисс Шайн.
Финн кивнул, игнорируя предупредительные выстрелы со стороны Пабло.
– Вот и прекрасно. Мистер Сильва, с нетерпением жду встречи с вами на репетициях, – мисс Шайн поднялась. – И не волнуйтесь так. Сомневаюсь, что к нам наведаются гиганты звукозаписи.
– Как ты намерен убедить Пабло участвовать в мюзикле? – пробурчал я, едва нас выставили из кабинета.
– Плёвое дело, – ответил Финн. – Мы ему заплатим.
– А что с «Салочками» и школьным советом?
– Я буду только рад попробовать убедить школьный совет. Кто знает, может, им просто нужно сделать правильное предложение. Не так быстро, Эм, – воскликнул он, схватив удаляющуюся Эмили за джемпер. – Нам ещё нужно обсудить, как ты хакнула фотку Бугая.
Эмили замерла.
– Надеюсь, хочешь меня поздравить? – поинтересовалась она срывающимся голосом.
Финн открыл было рот, но я поймал его за рукав.
Эмили медленно обернулась и смерила нас яростным взглядом.
– Только не говорите, что будете рыдать, когда это ваше дурацкое приложение запретят. Ха-блин-ха-блин-ха.
– Не дороговато ли для мести, Эм?
– Не лезь, Финн, – вспыхнула Эмили. – Предупреждаю: просто не лезь.
И Финн в кои-то веки не стал разевать варежку.
– За чем стоим? – чтобы постучать по плечу этого парня, Финну пришлось встать на цыпочки.
– Расписаться Обайе на гипсе.
– На чё-о-ом?
– Ну, гипс, чувак! У него нога в гипсе.
– В гипсе? – Финн задышал тяжелее.
– Ты что, глухой?
Но Финн уже мчался по коридору в сторону столовой, на полной скорости огибая группки ожидающих. Хотя, надо сказать, я отстал не сильно.
– Какого чёрта?
Перед Обайей стояла огромная миска спагетти. Его правая нога, выложенная на заботливо подставленный стул, от щиколотки до бедра была закована в ярко-белый гипсовый панцирь, одну сторону которого уже покрывали чьи-то каракули. Финн протолкался сквозь компанию особенно настойчивых любителей поставить свою подпись. Заметив его, Обайя на секунду оторвался от поглощения спагетти и вяло кивнул.
– Что!.. Что случилось? – выдохнул Финн, утирая со лба капельки пота.
– Регби, чувак. Неудачная попытка.
– Но ты же не играешь в регби! – нахмурился я.
– Просто решил повозиться с мячом.
– И... как?
– Я уже почти прорвался к зачётной линии, как вдруг – бац! – навернулся. И весьма неудачно. Ногу всю перекорёжило.
Я скривился.
– И надолго в гипсе?
– Недель десять. Если не больше.
Значит, Обайя выбыл до конца сезона. Такую дыру старшей футбольной команде не залатать.
– Да, блин, погано.
– Слушай, а ты разве не левша? – поинтересовался Финн. – Может, ты бы...
– Да брось, парень на костылях! – перебил я. Обайя никак не мог участвовать в дуэли. К тому же он выглядел совершенно убитым.
Финн сдался.
– Ну, будешь знать, как соваться в регби, – я печально улыбнулся. – Выше нос, чувак!