– Финн, времени уже нет. Давай признаемся и начнём умасливать вкладчиков, – я перевёл дыхание, зная, что от следующей фразы он просто с ума сойдёт. – Или просто вернём всем деньги. Скажем, что дельце со вкладами не выгорело. Обвиним во всём Гейба и его идиотские кляр-фокусы.
– Что? Вернуть деньги? – побледнел Финн. – Ни за что. Это уже чересчур.
– Сам посуди. Допустим, пройдёт слух, что обещанной Гейбом сделки не будет. Не забывай, речь идёт о самых отмороженных спортсменах. Да они всю школу разнесут, а нас с тобой в порошок сотрут, – я представил, как в нашу сторону прёт строй накачанных прессов, на ходу поигрывая кубиками. – А ведь Гейб своей лапши не только им навешал.
– Слушай, Мону Лизу я беру на себя, – отмахнулся Финн.
– Дай-ка угадаю... Банальный подкуп?
Финн ухмыльнулся.
– Ты слишком хорошо меня знаешь.
Я покачал головой: на этот раз Финн даже в створ не попал. Мона Лиза так легко не сдастся.
– Не сработает. Она ведь не только шипит, но и укусить может.
– Оставь Мону Лизу мне. Это даст нам пару недель передышки. А потом подкатим к каждому вкладчику по отдельности и как-нибудь умаслим.
Я ненадолго задумался. Финн был безусловно прав в одном: денежный поток не должен прерываться. Особенно сейчас, когда поблизости околачивается Ти Ти Доэрти.
– Ладно, надеюсь, до тех пор мы продержимся, – но я по-прежнему не бы уверен: слишком уж ярким был образ Моны Лизы и её лужёной глотки.
– Вот и молодец.
На углу я притормозил. Но едва успел достать из рюкзака старые кроссовки, как Финн выхватил их у меня из рук.
– Ого, сколько лет сколько зим... Я думал, ты эти галоши давно выбросил?
– Пока нет, – проворчал я, отбирая кроссовки назад.
– Слушай, а что это за странные оранжевые зигзаги? – Финн ткнул в мысок.
– Тебе лучше не знать. Помнишь я их в хлам порвал? Так вот, мама зашила. Видишь, как новенькие!
– Боже, – вздрогнул Финн. – Метни-ка их поскорее в урну, братишка.
– Не могу же я прискакать домой в этом, – я сунул новые кроссовки на дно рюкзака. – Мама их за милю учует, пытать начнёт.
Честно говоря, это была не вся правда. Мне просто ужасно не хотелось, чтобы мама чувствовала себя виноватой. Дела и без кроссовок шли не лучшим образом.
– Так ты каждый день кроссы меняешь?
– Поверь, это лучше, чем с ней ругаться.
– Ну да, особенно если никто не видит. Но из дома в таких лучше не выходить.
– А я как раз собирался в них завтра в центр, – заявил я не моргнув глазом.
– Кроме шуток? – встревожился Финн. – Если тамошние парни эту пакость заметят, нас засмеют.
Я дал ему пинка и свернул к дому. Но потом, вспомнив одну вещь, оглянулся:
– Да, что с Гейбом-то?
Впрочем, ответ и так был очевиден.
Финн стиснул зубы:
– Сегодня в меню новинка – Гейб в хрустящем кляре.
€€€
Вечером мне пришло сообщение от Пабло:
«Привет, чувак, я поставил двадцать дверей на списание».
В таких случаях стоило немного подождать: обычно Пабло быстро исправлял ошибки автокоррекции. Через несколько секунд на экране и впрямь возник несколько другой текст:
«Прости, чувак. Я поставил двадцать евро на Спиди».
Пришлось дважды перечитать сообщение, прежде чем до меня дошло: похоже, Ти Ти Доэрти не бросил принимать ставки на дуэль, хотя мы так и не нашли Спиди соперника.
Мой телефон снова завибрировал: на сей раз это была Эмили.
«Срочное сообщение! Ти Ти Доэрти взял планку в 200 ставок. Вам стоит найти Обайе замену, или попадёте на пару штукарей :-О»
Две сотни, и ставки ещё принимаются. То есть, если дуэли не будет, слупленных с нас денег как раз хватит, чтобы наполнить средних размеров бассейн.
Я немедленно набрал номер Финна.
Я пошарил в кармане, пытаясь достать забившиеся в угол монеты. Узкие джинсы оказались не лучшим решением: в шортах явно было бы удобнее, хотя до лета оставалась ещё пара месяцев.
– Ну, какое тебе? Я угощаю, – я неловко вскинул руку, прикрываясь от внезапно выскочившего солнца.
– За девяносто девять центов, – улыбнулась Кэти Дойл. – И... спасибо.
К тому времени, как я отстоял очередь, сделал заказ и оплатил два по девяносто девять, Кэти уже сидела на каменной ограде снаружи.
Я передал ей сочащийся рожок, получив в ответ ещё одну лучезарную улыбку. Как знал, блин. Нельзя было позволять Финну себя уговорить. Я мысленно вернулся к нашему с ним спору.
– Слушай, Люк, – заявил он. – Это реальный шанс. Кэти Дойл – глава школьного совета. И мы прекрасно знаем, что она по уши в тебя втрескалась.
Я помотал головой, изображая полнейшее отрицание.
– Дружище, да она вечно на тебя глаза таращит, – расхохотался Финн. – Увидит – и зырк! Скажи, Эм?
Эмили нехотя кивнула:
– Совсем голову потеряла, бедняжка...
– И к тому же она довольно ми-и-илая, – протянул Финн, проигнорировав последнее замечание.
Я снова помотал головой:
– Я не стану, Финн. Без шансов.
– Всего одно свидание, ничего особенного. А в процессе открой приложение и погляди, клюнет она или нет.
– Мерзко как-то, – вздохнул я. – Будто я её использую.
Финн бодро хлопнул меня по спине.
– Не переоценивай себя, дружище. Ну, раскусит Кэти твою истинную цель, ну, скиснет... Всё равно через пару дней забудет.