Были и семьи; дети либо цеплялись за матерей, либо с отсутствующим видом стояли рядом с родителями. Брианна старалась отводить глаза, ведь у нее разрывалось сердце, даже когда она собаку выбирала.
Юный Джейми боком протискивался между ними, прижав шляпу к груди, чтобы не потерять в толпе, и рассматривал предложенный товар. Дядя Иэн пошел в офис судоходной компании за билетом на корабль в Америку и оставил Брианну с кузеном Джейми. Им предстояло найти слугу, который сопровождал бы ее в пути. Брианна пыталась протестовать: ей не нужен никакой слуга, в конце концов, она прекрасно добралась из Франции в Шотландию… Мужчины покивали, с вежливой улыбкой выслушав все ее аргументы, и теперь она пробиралась вслед за юным Джейми сквозь толпу, послушная, как овечка тети Дженни. Вот уж ясно, что именно имела в виду ее мать, называя Фрейзеров «упрямыми, словно скалы».
Несмотря на гомон вокруг и раздражение на родственников, сердце радостно екнуло при мысли о матери. Сейчас Брианна могла признаться себе, как сильно она по ней скучала. И по отцу, незнакомому шотландскому горцу, с которым она начала знакомиться по письмам. То, что между ними лежал океан, казалось не более чем досадной мелочью.
Кузен Джейми прервал эти радужные мысли, взяв ее за руку.
— Как тебе вон тот парень? — крикнул он ей прямо в ухо, подбородком кивнув на кандидата. — Что скажешь?
— Маньяк какой-то, — пробормотала Брианна. — Да ну, он похож на быка! — крикнула она в ответ.
— По-моему, сильный и честный малый.
«Просто слишком туп, чтобы оказаться нечестным», — подумала Брианна, однако промолчала, лишь энергично затрясла головой.
Юный Джейми философски пожал плечами и вернулся к изучению потенциальных работников, пристально разглядывая каждого. Брианне такое поведение казалось грубым, но другие потенциальные работодатели, похоже, так не считали.
— Пирожки! Горячие пирожки! — прорезался среди шума и гомона высокий голос.
Старушка с лотком на шее и с деревянной лопаточкой в руке локтями прокладывала себе путь через толпу. Чудесный аромат свежей выпечки затмил все прочие запахи. После завтрака прошло немало времени, и Брианна полезла в карман, чувствуя, как рот наполнился слюной.
Иэн взял у нее кошелек, чтобы расплатиться, но Брианна нащупала две или три монетки, которые, по всей видимости, выпали, одну из них выудила и помахала ей. Продавщица заметила блеск серебра и тут же сменила курс, ловко лавируя через толпу; легла в дрейф перед Брианной и, пришвартовавшись, выхватила монетку у нее из рук.
— Да хранит тебя Дева Мария, великанша! — Старуха задрала голову вверх и оскалилась, демонстрируя крепкие пожелтевшие зубы. — Возьми-ка лучше два, дорогуша! Разве ты одним наешься, бедолага…
Все головы повернулись в их сторону, лица расплылись в ухмылках. Брианна была как минимум на полголовы выше большинства окружающих мужчин. Слегка смущенная общим вниманием, Брианна смерила ближайшего из обидчиков ледяным взглядом. Похоже, молодого человека это весьма позабавило. С наигранным испугом он отшатнулся, прижавшись спиной к своему приятелю.
— Боже правый! Она на меня посмотрела! Я сражен!
— Не выдумывай, — приятель хлопнул его по плечу, — на меня она посмотрела! Кто на тебя посмотрит!
— Ничего подобного, — воспротивился первый, — на меня, правда, дорогуша?
Он умоляюще уставился на Брианну телячьим взглядом и выглядел при этом так потешно, что та не выдержала и расхохоталась вместе со всей толпой.
— А что ты с ней делать станешь? В ней два таких, как ты! Ну-ка, руки прочь, чудовище! — вступилась за Брианну торговка, наподдав парню лопаткой под зад. — У меня, между прочим, торговля идет, а девушка останется голодной, если ты не перестанешь дурака валять. Отстань, пусть пирожок купит.
— Девчонка мне в самый раз, бабуля! — Поклонник Брианны, не обращая внимания на нападки и поучения, бесстыдно ее разглядывал. — А что до остального… Тащи сюда лестницу, Бобби, высоты я не боюсь!
Грянул хохот. Друзья молодого человека потянули его за руку, и он нехотя пошел прочь, оглядываясь и посылая через плечо воздушные поцелуи. Брианна взяла сдачу медными монетками и отошла в угол, чтобы съесть два горячих пирожка с говядиной. Лицо у нее еще пылало от смеха и комплиментов.
Брианна перестала обращать внимание на свой рост с седьмого класса. В Лаллиброхе, среди высоких двоюродных братьев, она чувствовала себя в своей тарелке, однако здесь она и впрямь торчала, словно мачта, хорошо хоть вняла настояниям Дженни и сменила мужской костюм на платье кузины Джанет, которое впопыхах удлинили.
Брианну смущало, что под платьем у нее не было никакого белья, кроме рубашки. Конечно, вряд ли кто-то мог обнаружить сей пикантный факт, но само ощущение было непривычным — голые бедра терлись друг о друга, потому что шелковые чулки заканчивались чуть выше колена.
